Сделаем Путь Шаманов и Призраков великим снова!
Услышав голос Лю Яна, патриарх Тинъю на мгновение погрузился в глубочайшие сомнения. Ученик триста шестьдесят седьмого поколения Пути Шаманов и Призраков?
— Дерзость!
В следующее мгновение патриарх Тинъю пришел в ярость: «Основы культивации моего Пути Шаманов и Призраков не столь глубоки, а я — лишь глава секты в шестом поколении. Откуда взяться ученику триста шестьдесят седьмого поколения?»
Столкнувшись с допросом патриарха Тинъю, Лю Ян не только не запаниковал, но, напротив, его глаза покраснели, и две дорожки горячих слез покатились по щекам. Он всхлипнул: «Патриарх, вы многого не знаете. За последнюю тысячу лет Павильон Мечей Юйшу ни на миг не оставлял нас в покое, преследуя повсюду. К сегодняшнему дню от всей нашей линии остался лишь я один...»
Наследие великих бессмертных кланов и бродячих культиваторов — вещи совершенно разные.
В любом великом бессмертном клане порядок поддерживают истинные люди Заложения Основания. Наследие там стабильно, и за несколько сотен лет сменяется лишь одно-два поколения.
Однако у бродячих культиваторов всё иначе.
Большинство из них скитаются без крова, не зная, доживут ли до утра. А если на хвосте висят враги, смена поколений происходит стремительно — десятки колен за короткий срок здесь в порядке вещей.
Поэтому патриарх Тинъю быстро осознал ситуацию.
Если ветвь секты действительно оказалась в изгнании без присмотра Истинного Человека, да еще и под гнетом Павильона Мечей Юйшу, то за тысячу лет вполне могли смениться сотни поколений.
«...Постой, нет. Что-то не так».
Вскоре сомнения вновь одолели патриарха Тинъю. Он был последним главой секты Пути Шаманов и Призраков. Если бы во внешнем мире существовала побочная ветвь, как он мог об этом не знать?
Подумав об этом, патриарх Тинъю внезапно спросил: «Из какой именно вы ветви?»
На самом деле у Пути Шаманов и Призраков не было никаких ветвей. Патриарх Тинъю сказал это лишь для того, чтобы подловить Лю Яна на лжи, явно всё еще не доверяя ему.
Однако Лю Ян ответил без малейшей заминки: «Почтенный патриарх, у секты не было ветвей. Мы — наследие великого старейшины. Когда вы, патриарх, достигли Совершенства Заложения Основания и столкнулись в битве за пост Дао с тем великим господином из Павильона Мечей, старейшина тайно отослал нас за пределы секты, стремясь разорвать путы кармы. Лишь так наше наследие смогло уцелеть...»
В конце концов, он обладал полным наследием Пути Шаманов и Призраков.
В оставленном когда-то божественном сознании патриарха Тинъю жила безмерная тоска по былому величию секты, поэтому Лю Ян знал о делах прошлого не меньше самого патриарха.
Например, о том самом великом старейшине.
Тот когда-то боролся с Тинъю за титул главы секты. Они были вечными соперниками и друзьями, и старейшина всегда выступал против решений патриарха.
Включая и саму идею создания Зала Ямы.
Лю Ян прикрылся его именем, создав безупречную легенду. Теперь, что бы ни спросил патриарх Тинъю, он мог легко парировать любой вопрос.
— Неужели это был он... —
Выслушав объяснения Лю Яна, патриарх Тинъю на миг оцепенел. Давно похороненные воспоминания хлынули в его разум, унося в глубины прошлого.
Когда он пришел в себя, его тон заметно смягчился: «Вот оно что... А я-то всегда думал, что этот старый хрыч просто злился из-за проигрыша и того, что я занял место главного наставника. Думал, он перечит мне из вредности. Теперь вижу — он был куда дальновиднее меня...»
«Нет, он действительно просто злился на тебя», — мысленно усмехнулся Лю Ян.
Вслух же он поспешил сменить тему: «Медлить нельзя. Патриарх, подождите немного, я найду способ вызволить вас!»
— Нет, постой. —
Патриарх Тинъю замахал руками: «Не беспокойся обо мне, у меня есть свои способы выбраться. Тебе лучше поскорее уйти, не стоит связывать свою судьбу с моей!»
Патриарх Тинъю уже на восемьдесят процентов поверил словам Лю Яна.
И дело было не только в красноречии юноши. Прощупав его, патриарх убедился: Лю Ян действительно владеет истинными техниками Пути Шаманов и Призраков.
Если Лю Ян — самозванец, откуда у него эти знания?
Не мог же он сам их ему дать.
Поэтому, хоть история Лю Яна и казалась фантастической, патриарх Тинъю решил поверить и признать в нем ученика своей секты.
— В любом случае, то, что наше наследие выжило — важнее всего... —
С этими словами патриарх Тинъю заговорил торопливо: «Здесь всё еще витает энергия меча Золотого Ядра. Уходи немедленно, иначе она может выследить тебя».
— Об этом вам не стоит беспокоиться. —
Лю Ян покачал головой, а затем на его лице отразилась горечь: «На самом деле, есть вещь, которую я скрыл от вас. Боюсь, я разочарую патриарха».
«Павильон Мечей Юйшу преследовал нас тысячу лет. От всей ветви остался лишь я. Чтобы выжить, я не смел называть себя учеником Пути Шаманов и Призраков. Мне пришлось скрыть имя и вступить в Изначальную Святую Секту. Используя их карму как щит, я смог вырасти и достичь нынешнего уровня культивации».
Сказав это, Лю Ян понурил голову.
Он выглядел как провинившийся ребенок, страшащийся гнева старших.
— Так вот оно что... —
К удивлению, патриарх Тинъю не рассердился. Напротив, на его лице отразилось понимание, и последнее сомнение относительно Лю Яна исчезло.
Ведь культивация Лю Яна была слишком высока.
Опытным взглядом патриарх видел, что Лю Яну остался лишь шаг до Заложения Основания. Более того, он воссоздал Зал Ямы и обладал невероятной силой.
Если его ветвь влачила столь жалкое существование, как он достиг таких высот?
Оказывается, он примкнул к Изначальной Святой Секте.
Тогда всё встает на свои места.
— На самом деле это к лучшему, — патриарх Тинъю, видя раскаяние Лю Яна, поспешил его утешить. — Идти на уступки ради сохранения наследия секты — обычное дело.
— К тому же Изначальной Святой Секте вряд ли есть до этого дело.
— Напротив, ты поступил верно. Не ожидал я, что после тысячи лет агонии Путь Шаманов и Призраков сможет взрастить столь выдающегося ученика...
При этой мысли патриарх Тинъю посмотрел на Лю Яна с глубоким сочувствием.
Бедное дитя, сколько же ему пришлось пережить!
Патриарх Тинъю вздохнул: «Тяжело же тебе пришлось».
— Ради Пути Шаманов и Призраков — не тяжело! —
Лю Ян покачал головой, вытер слезы и твердо произнес: «Не скрою, я прибыл на Гору Черепов в поисках руин нашей секты».
«Сейчас я достиг Великого Совершенства Конденсации Ци, и мне остался последний шаг — прорыв к Заложению Основания. Я планирую сразу после успеха вновь открыть врата Пути Шаманов и Призраков. Мне лишь не хватает ресурсов и основ культивации. Потому я и пришел сюда, надеясь вернуть былое достояние и сделать Путь Шаманов и Призраков великим снова».
Закончив речь, Лю Ян уставился на патриарха Тинъю преданными глазами.
Патриарху стало неловко под этим взглядом. Он бы и рад был помочь, но за тысячу лет все ресурсы секты, если они и были, он давно истратил на себя.
Что же могло остаться?
Заметив его замешательство, Лю Ян прищурился. Мысленным приказом он призвал Зал Ямы, и из него вышла Божество-защитник дхармы Изначальная Дева.
Изначальная Дева обменялась с Лю Яном понимающим взглядом.
— Господин, но ведь здесь еще остались земные жилы... —
— Какие еще земные жилы? О чем ты! — Лю Ян мгновенно принял суровый вид и прикрикнул на Изначальную Деву: — Как ты можешь такое предлагать?
С другой стороны, патриарха Тинъю осенило: «Точно! Земные жилы!»
— Патриарх, ни в коем случае! — Лю Ян замахал руками. — Вы — глава секты, только вы вправе распоряжаться земными жилами Горы Черепов. Как я, младший, смею на них претендовать?
— Нет, я считаю, что твое Божество-защитник говорит дело. —
Патриарх Тинъю покачал головой: «Хотя я использовал Метод захвата тела, чтобы прожить пятую жизнь, я близок к пределу. Моя душа истощена, лет мне осталось немного, и земные жилы мне уже не нужны».
«Лучше я отдам их тебе — возможно, в твоих руках они еще послужат делу».
Как только слова сорвались с губ, Лю Ян обнаружил, что патриарх Тинъю действительно добровольно уступил контроль над земными жилами, позволяя Изначальной Деве направить мощь Зала Ямы в их средоточие.
Поверил. Он действительно поверил!
(Конец главы)