Пара развратников!
Утёс Святого Огня. Истинный Человек Чунгуан пребывал в уединении, погружённый в медитацию.
Внезапно раздался громоподобный голос Истинного Человека Иньшаня — в нём звенело напряжение, будто он с трудом сдерживал эмоции.
— Старший брат! Выходи, посмотри на это безумие!
Чунгуан открыл глаза и покачал головой.
— Иньшань, сколько раз я говорил: стойкость сердца прежде всего. Что могло так тебя взволновать?
Он лениво добавил:
— Всего лишь Чэнь Тайхэ штурмует позднюю стадию Заложения Основания. Третью Небесную Эссенцию он добыл давно, Технику Замещения Бедствия тоже приготовил. Что тут необычного?
Раздражения в его тоне не было — лишь лёгкая ностальгия. Когда-то и он сам был юн и горяч, вздрагивал от каждой мелочи. Теперь сердце стало зеркалом в бездне — ни одна волна не тревожит гладь. Одиночество, равнодушие, спокойствие… таков путь каждого истинного человека.
Из-за стен прорезал воздух крик Иньшаня, почти сорвавшийся на визг:
— Нет! Лю Ян прямо сейчас совокупляется с женой Владыки Пика Подпирающего Небеса!
— Что?!
Чунгуан рывком распахнул глаза. Сознание, как молния, метнулось к Пику Подпирающий Небеса.
Картина предстала во всей «красоте»: снаружи — Владыка Пика под Небесным Громом, внутри, в главном зале, — Лю Ян и госпожа Жосян; их стоны, усиленные формацией, гремели на всю гору.
Слушавшие снаружи истинные люди застыли.
— Они что, и правда?..
— Прямо сейчас?..
— Он спятил?!
— Шлюха! — выдохнул Владыка Пика; лицо стало серо-синим. Он не верил, что Лю Ян и его собственная жена решились на такое.
Но уже через миг он подавил ярость.
— Сейчас главное — испытание!
Он глубоко вдохнул. Даже в бешенстве Чэнь Тайхэ оставался демоном с железной волей: от гнева к хладнокровию — одно мгновение.
— Думают, отвлекут меня этими трюками?
В глазах блеснула сталь.
— Юань Ту… Значит, он понял, что я действовал вместе с Архатом Покоряющим Драконов? Это месть! Не достать меня — так ударить по жене? Мерзавец!
Сквозь ярость прорезалась горькая усмешка.
— Смелости ему не занимать. Недаром Чунгуан его хвалил.
Он вновь сосредоточился — и внезапно застыл. Зрачки расширились.
Чэнь Шуцянь, запечатанная им дочь, содрогнулась — и её взгляд прояснился.
— Это… Истинный Закон Единого Сердца в Двух Телах?!
Паника впервые прорезала его голос. Он понял мгновенно: Жосян заранее внедрила технику в дочь, чтобы после собственного перерождения через связь прорвать пелену забвения. Теперь же она повернула метод наоборот — пробудила Шуцянь. Запечатанное сознание вспыхнуло, словно новорождённая душа прорвала завесу.
— Стерва!..
Шуцянь вздрогнула, брови расправились, взгляд стал ясным.
— А-а-а!
И в следующую секунду — взорвалась.
Кровавое облако захлестнуло небо, с ним рвались кармические узы. Владыка Пика ощутил, как техника, наложенная на дочь, исчезла. Теперь Небесный Гром падал прямо на него.
— Неблагодарная дрянь! — взревел он. — Если бы не я, откуда бы у тебя взялись ресурсы для Основания?!
В облаках прозвучал её голос — спокойный и далёкий:
— Отец, мы ведь отец и дочь. Я не хотела говорить это вслух… Но я никогда не была счастлива рядом с тобой.
Врата Пика распахнулись. Изнутри, поддерживая друг друга, вышли Лю Ян и госпожа Жосян.
На лице Жосян сияло хищное торжество.
— Чэнь Тайхэ, — сказала она тихо, — за все годы с тобой я не испытала и доли того, что за один раз с Юань Ту.
Тело Владыки Пика задрожало; из семи отверстий повалил дым.
— Хорошо… хорошо… хорошо!
Он втянул воздух, заставляя себя остыть.
— Я ещё пройду Небесный Гром. Тогда никто не уйдёт живым!
Он перевёл взгляд на сына, Чэнь Синьаня — второго носителя бедствия.
— Ради отца… иди спокойно.
Смех сорвался с его губ и тут же превратился в вой. Вспыхнула Техника Замещения Бедствия — молнии Небесного Грома метнулись к сыну.
В тот же миг юноша открыл глаза.
— Прости, отец, — спокойно произнёс он. — Я уже давно принадлежу господину.