В путь за моря
— Юань Ту, с тобой всё в порядке? На Пике Подпирающем Небеса госпожа Жосян в панике подбежала к Лю Яну; её алые губы чуть приоткрылись — на первый взгляд казалось, будто она и впрямь тревожится за возлюбленного. Но он отлично знал, о чём она переживает на самом деле.
— Не волнуйтесь. Рукопись Истинного Владыки цела. Он слегка улыбнулся, выдохнул струю жгучего пара и коротко бросил: — Довольно. Пусть Шу Цянь поможет мне с практикой — нужно как можно скорее оправиться.
— М-м... Эти слова омрачили лицо госпожи Жосян, но она быстро вернула себе очаровательную улыбку и отступила, уступив место Чэнь Шуцянь. Та, увидев это, обрадовалась, метнула Жосян вызывающий взгляд, подхватила Лю Яна под руку и повела в тайную комнату: вдвоём «Полуденный Огонь Синего Феникса» действовал куда эффективнее — раны затягивались быстрее.
Прошло десять дней — Лю Ян уже отстранил Чэнь Шуцянь; бодрый и посвежевший, он переоделся. Духовное тело, изрядно опалённое Огнём Ли из небесной печи, восстановилось более чем наполовину и к тому же ощутимо окрепло. Это его не удивило: телесная практика часто идёт через разрушение и возрождение — рана приносит страдание, но за ней следует выгода. Однако известен он был не только крепостью тела. Прежний приём Вора-Мудреца в нынешних условиях уже мало что давал, и потому укрепившаяся плоть означала лишь большую живучесть.
— Этот Полуденный Огонь Синего Феникса действительно помогает. Ощущая перемены, он порадовался: ещё недавно казалось, что на полное исцеление уйдут десятилетия, но с неослабевающей помощью Чэнь Шуцянь восстановление шло почти чудесно быстро. За десять дней он пришёл более чем наполовину в норму, тогда как У Цан, также тяжело раненный, в лучшем случае лишь начинал собирать тело после рассечения надвое.
Подумав об этом, он нахмурился: — Что-то тут не так. Небесный Астролябий во лбу вращался, озаряя истину причин и следствий, но явных улик не нашлось — всё же в душе осталась тень дурного предчувствия. Всё время казалось, что с У Цаном что-то не то. Поведение того вроде соответствовало манере Истинного человека Святой Школы, происходящего из вольных культиваторов, но в каждом его шаге сквозила неестественная поспешность. Однако раз и Небесный Астролябий молчит — пока отложим. В конце концов, у него есть Книга Ста Жизней: какие бы ни были интриги и чья бы Чёрная рука ни скрывалась за кулисами, он рано или поздно докопается до сути и обратит всё себе на пользу.
— Пока лучше быть осторожным. С этим решением он призвал лёгкий ветер и скользнул к Утёсу Священного Огня; вскоре Дух формации пропустил его внутрь.
Едва войдя в главный зал, Лю Ян ощутил ослепительный, пристально исследующий взгляд. Послышался негромкий возглас. Он поднял голову и увидел Истинного Человека Чунгуана, смотревшего на него с явной радостью: — Твоя рана уже зажила?
Он сложил руки в приветствии: — Учитель, заживает более чем наполовину. Дар, оставленный Владыкой Пика Подпирающего Небеса, оказался весьма полезен — ученик многому научился.
— Хм… Чунгуан потёр подбородок, будто что-то прикинул. — Верно. Он готовился противостоять Небесному Грому. Затем он оживился: — Думал, ты снова будешь спать десяток лет, но раз восстановился раньше — может, сразу отправишься на поиски небесных духов и земных демонов?
— Я как раз об этом и размышляю, — кивнул Лю Ян. — Я впитал удачу Секты Божественного Воинства, внутренним чутьём коснулся Неба и Земли и смутно постиг: моя Судьбоносная встреча — за морями.
— За морями? Чунгуан нахмурился. — Жаль. Будь это на севере — я бы лично помог добыть небесных духов и земных демонов. А если за морем — придётся идти самому. К счастью, у тебя крепкая судьба: есть Высшее Сокровище небесных тайн, хранящее жизнь, да и мало кто способен вычислить твоё местонахождение. Ты сноровист — я не тревожусь за тебя. Вот, возьми это для самозащиты.
Он вынул Нефритовую Табличку — Лю Ян невольно замер: точно такую он уже видел. Прежний Владыка Пика Подпирающего Небеса когда-то именно ею отразил энергию меча Золотого Ядра!
— Это Нефритовая Табличка с Указом — её выковал сам Истинный Владыка, — пояснил Чунгуан, передавая её. — Каждому из Четырёх Пиков Внутренних Врат положено иметь такую. Когда тот Владыка погиб, его табличку забрали. Теперь, раз ты исполняешь обязанности владыки, она принадлежит тебе. Что бы ни случилось за морем — с её помощью будет шанс выжить.
— Благодарю вас, учитель! С радостью приняв вещь, он понимал: Чунгуан вновь делает на него ставку — и средствами, и доверием.
— Чего тебе ещё не хватает? — спросил учитель, видя, что ученик спрятал табличку. — Заморские земли полны неожиданностей. Я подготовлю тебе всё необходимое.
— Хочу овладеть Тайным Искусством Замены в Испытании. Ещё нужен предмет для самозащиты; если найдутся духовные сокровища для восстановления сил — тоже пригодятся; и сокровище для побега, лучше такое, что прорвёт формацию и вытащит из плена. Главное — чтобы качество было приличным.
— Кхе-кхе-кхе! Ненасытный. Думаешь, духовные сокровища валяются под ногами?
— Но у вас-то они есть, учитель, — он чуть смущённо улыбнулся. — С вашим уровнем мастерства пара сокровищ — пустяки. Не хотите же, чтобы ваш ученик погиб за границей?
Чунгуан фыркнул, но не рассердился — для Истинного Человека Святой Школы это было бы слишком мелочно. Подумал — и всё же вынул три предмета.
Лю Ян едва сдержал улыбку: похоже, выпросил всё, что хотел.
— Не строй иллюзий: Духовных Сокровищ Высшего Класса нет, — предупредил Чунгуан. — Из этих трёх одно — среднего, два — низшего класса.
— Благодарю вас, учитель! Он не стал придираться: любые дары принял с благодарностью, убрал в мешок и щёлкнул пальцами, мгновенно определив их свойства.
Первое сокровище среднего класса предназначалось для побега — Золотой Корабль. По названию ясно: способен пересекать пустоту; главное — свободно ходит по заморским землям, где духовная энергия хаотична, и ничто не мешает движению. Очевидно, Чунгуан подобрал его специально. Два других — Одеяние Закатных Облаков и Камень, Хранящий Изначальное: первое окружает владельца сиянием, способным отразить одну смертельную атаку; второе копит силу, чтобы вернуть её хозяину в нужный момент.
— В путь — и побыстрее. Вернись как можно скорее, — кивнул Чунгуан, видя, что ученик убрал дары, и напоследок наставил: — В течение двадцати лет вернись: есть одно важное дело, которое я хочу поручить тебе.
— Ученик понял! Лю Ян покинул зал, обернулся лучом света и, слившись с вечерним ветром, вернулся на Пик Подпирающий Небеса. Там убрал Чэнь Синьаня обратно в стяг, а следом вышли госпожа Жосян и Чэнь Шуцянь.
— Юань Ту? Что случилось?
— Важное дело. Срочно отлучаюсь. Он был решителен, как сердце Дао, и не обратил внимания на мольбу в осенне-водянистых глазах Жосян. — Если кто-то придёт спрашивать обо мне, скажи, что я ушёл в смертельное уединение и не выходил. Сказав это, он даже не оглянулся: заслонил следы причин и следствий, взмыл лучом света и растворился, исчезнув в Море облаков.
После схватки с У Цаном они оба получили тяжкие раны — между ними родилась вражда. К тому же, если предчувствие не обманчиво, за спиной У Цана стоит чья-то Чёрная рука. Оставаться в Море облаков опасно: лучше покинуть эту шахматную доску и обрести свободу. Иными словами — пора уносить ноги!
Тем временем, в укромной пещере-обители, У Цан с трудом срастил тело заново; глядя на кровавый шрам на животе и глубокую мечевую зарубку на своей основе Дао, что всё ещё ныла, он горько признал: — Я в этот раз был слишком опрометчив!
Не понимая, что с ним произошло, он узнал, что Рукопись Истинного Владыки, оказавшаяся в руках Лю Яна, была создана достигшим Дерева Великого Леса Истинным Владыкой Ан Сяо и идеально сочеталась с его собственной Основой Дао — Божественным Древом Спирального Дракона. Кровь закипела — и он, не выдержав, ринулся силой отобрать её.
Теперь, оглядываясь, ясно видел: что-то было не так. Хоть и происходил из вольных культиваторов, У Цан всё же был Истинным человеком Святой Школы: коварства ему, может, и недоставало, но опыта было предостаточно, и пути к спасению он знал.
— Здесь, в Море облаков, оставаться нельзя! — мысли завертелись, и вскоре решение созрело: — Я тяжело ранен; кто-нибудь из Истинных людей Святой Школы может заподозрить и напасть. А тот, кто тянул за ниточки из тени, едва ли достанет меня, если уйду. Медлить нельзя — уезжаю сегодня же!
— Но куда? Он нахмурился, задумался, и вскоре глаза озарились, будто вспыхнула хитрая мысль. Хлопнул в ладони: — Есть! Поеду за моря!