Ошарашенный Хунцзюй
Море Облаков. Утёс Священного Огня.
Теперь лишь немногие в Святой Секте знали, что на самом деле произошло. Большинство полагали, будто их собственный Истинный Владыка просто впал в безумие и решил помериться силами с Владыкой из Павильона Мечей. Истинную же причину понимали только Великие Истинные Люди, достигшие Совершенства Заложения Основания — такие, как Хунцзюй.
— «Пф!»
В тишине своей кельи Хунцзюй вдруг изрыгнул кровь, чувствуя, как некое Божественное Чудо, запечатлённое в его плоти, стремительно рассеивается.
— «Не может быть…»
Он ошеломлённо уставился на алую кровь: раньше она всегда была с золотистым оттенком, но теперь — ярко-красная.
— «Истинный Владыка… пал?»
Хунцзюй был последователем Даоса Хунъюня, или, точнее, Великим Истинным Человеком Совершенства Заложения Основания, созданным самим Истинным Владыкой Ясного Света Небесной Судьбы из капли собственной крови. В его теле всегда присутствовала частица золотой сущности, но теперь она рассеялась. Это могло означать лишь одно: источник этой сущности, Даос Хунъюнь, испытал «утрату души».
Но как такое возможно? Убить Истинного Владыку почти невозможно! Его душа защищена золотой сущностью— даже утратив пост Дао, он может ускользнуть в круговорот перерождений. Разве что напавший стоит на том же уровне… но разве такое возможно?
Насколько знал Хунцзюй, среди Истинных Владык Святой Секты не было вражды, способной привести к подобному. Даже когда появился Чунгуан и стал оспаривать пост Дао у Даоса Хунъюня, большинство лишь наблюдали со стороны, не вмешиваясь. Кроме…
Он не решился назвать имя — ведь если произнести его здесь, на Утёсе Священного Огня, Истинный Владыка Чистого Летящего Снега непременно почувствует. Но догадка уже укрепилась.
— «Сюэ Фэйхун! Эта мерзавка…»
Когда-то младшая из Истинных Владык, она после перерождения вновь взошла на пост Дао — и за каких-то несколько сотен лет прорвалась на среднюю стадию Золотого Ядра! Невероятно. Средняя стадия — это когда Небесный Грот навечно закреплён; его невозможно разрушить, если только Владыка уровня Зарождающейся Души не вмешается лично. А перерождение и возвращение на пост происходят куда быстрее.
Казалось бы, просто. Но сколько Истинных Владык за тысячи, даже десятки тысяч лет, так и не смогли преодолеть этот рубеж! Разве такое достижение возможно без ухищрений?
— «Эта ведьма наверняка использовала какую-то грязную уловку…»
Он не успел договорить: воздух в келье задрожал, стены покрылись росой, а из земли потянуло иньской влагой — Небо и Земля откликнулись на его гнев.
— «Бле!»
Хунцзюй внезапно изрыгнул поток ледяной воды — словно сама стихия ворвалась в его тело и перевернула внутренности.
— «Кхе… кхе!»
Он судорожно активировал божественную способность, разрывая причинно-следственные связи, достал Книгу Талисманов Общей Судьбы и Смены Удачи, быстро поднял кисть и начертал: «Я никогда не питал непочтительных мыслей!»
Стоило надписи проявиться, как в него влилась волна заслуг и удачи. Лишь тогда его тело перестало распадаться, и рвотные спазмы прекратились.
— «Нельзя ненавидеть… нужно улыбаться…» — горько усмехнулся он.
Но горечь эта была не из-за Хунъюня. Как Истинный Человек Святой Секты, он мог страдать лишь от одного — от собственной беспомощности.
— «Я создан из капли крови Истинного Владыки. Весь мой путь — его продолжение. Даже достигнув Совершенства Заложения Основания, я не имел шанса взойти на пост. А теперь, когда он пал… и мои дни сочтены. Протяну ещё пару лет — и духовное тело рассеется. У меня ведь даже души нет!»
Без души нет и перерождения. Пока Даос Хунъюнь был жив, связь золотой сущности дарила ему долголетие. Теперь же он был обречён — максимум два или три года.
Но как смириться с этим?
Хунцзюй снова принялся за расчёты, почти сдирая кожу с пальцев, решив во что бы то ни стало вычислить виновного.
Спустя миг он замер. На каменном лице отразилось изумление, руки задрожали.
«Как такое возможно… Нет… не может быть…»
Все расчёты указывали на одно: Даоса Хунъюня убил он сам.
— «Вздор! Это Чунгуан и этот выродок Юань Ту скрыли небесный механизм! Они исказили причинность! Всё подстроили!»
В его глазах вспыхнула злоба, но вместе с ней — бессилие. Он понимал: причина, по которой его ещё не уничтожили, заключалась в пользе, которую он представлял. В конце концов, он — Великий Истинный Человек Совершенства Заложения Основания, а такие нужны Святой Секте для битв.
И тут в зал влетел луч света. Он развернулся, превращаясь в письмо. На нём — лишь одна строка:
«Помоги мне взойти на пост — и я дарую тебе жизнь в славе и богатстве».
— «Чунгуан?» — Хунцзюй остолбенел, а потом вскочил.
— «Точно! Если он взойдёт на пост и обретёт „Огонь Светильника“, возможно, сумеет продлить и мою жизнь!»
Эта мысль озарила его — словно перед ним открылись безбрежные просторы.
…
В другом зале, на Утёсе Священного Огня, Истинный Человек Чунгуан восседал на главном месте, а Истинный Человек Иньшань почтительно стоял рядом.
Вдруг Чунгуан открыл глаза, словно получив ответ, и в его взгляде промелькнуло удовлетворение. Всё складывалось куда лучше, чем он ожидал.
Смерть Хунъюня устранила его главную преграду, позволив действовать свободно. Теперь шансы на обретение Золотого Ядра выросли многократно!
Когда же в зале вспыхнуло Великолепие Божественной Способности и из света шагнул Лю Ян, Чунгуан громко рассмеялся, сам поднялся, подошёл и дружески хлопнул его по плечу:
— «Юань Ту, в этот раз ты потрудился на славу!»
— «Ради дяди-наставника нет никаких сложностей», — ответил Лю Ян, покачав головой, а затем торжественно добавил: — «Дядя-наставник говорил о важном деле. Если ученик способен — он выполнит, чего бы это ни стоило. Вот что зовётся верностью!»
Чунгуан, не обидевшись на прямоту ученика, рассмеялся ещё радостнее:
— «Хорошо! Раз так, я не стану ходить вокруг да около.»
Трое уселись друг напротив друга.
— «Кстати, я ведь ещё не объяснял тебе, Юань Ту, как взойти на пост и обрести Золотое Ядро», — сказал Чунгуан спокойно.
Услышав это, сердце Лю Яна дрогнуло — наконец-то началось главное.
О методах восхождения он кое-что знал: в Стяге Мириад Духов всё ещё пребывал Патриарх Постижения Тьмы. Но тот был самоучкой, как и большинство вне четырёх великих направлений — востока, юга, запада и севера. Разница лишь в степени хаотичности их Пути.
Чунгуан же — прямой наследник Святой Секты. Его понимание Пути, методов вознесения и формирования Золотого Ядра должно быть куда глубже.
Лю Ян выпрямился, сложил руки и произнёс: — «Прошу, дядя-наставник, укажите путь.»