Рыбка клюнула!
Северное Приречье, Государство Цин.
В утопающем в цветах дворике и птичьем щебете неторопливо прогуливался седовласый старец, забавляясь Птицей в чешуйчатых доспехах, что сидела в железной клетке у него в руках.
Вскоре вниз опустился первый луч света.
— Старый чудак Хуа, сам Истинный Владыка демонической школы издал указ о мобилизации, пол-Северного Приречья пришло в движение, а ты птиц выгуливаешь — будто ничего и не происходит.
Из сияния вышел мужчина средних лет, ступая неторопливо.
А Старый чудак Хуа, о котором он сказал, был известной в Северном Приречье фигурой — глава Школы Пяти Стихий, достигший средней стадии Заложения Основания, прозванный Истинным Человеком Пяти Стихий.
Истинный Человек Пяти Стихий, не выпуская клетки, улыбнулся:
— Войска пришли — встречай; вода прибыла — засыпай земляной плотиной. Ся Вэймин, ты уже переселил свой клан?
— Весь клан Чжаося перебрался в Государство Цин, и Школа Пяти Стихий тоже. Как бы то ни было, нам остаётся идти до конца.
Сказав это, мужчина средних лет слегка погрустнел.
— Хм… а что плохого — идти до конца?
Раздался ещё один голос, и из сияния вышел юноша:
— Под властью демонической школы у нас всё равно нет будущего. Присоединившись к Даосскому Двору, мы хотя бы можем побороться!
— Старый чудак Чэнь… — вздохнул Ся Вэймин.
Того звали Чэнь Аньцзэ; он, как и Ся Вэймин, был старым предком бессмертного клана, причём слава клана Юаньчэнь превосходила славу клана Чжаося.
Спустя миг дыхнул лёгкий ароматный ветер. В дворике заклубились тонкие облачные струи, сгустились в человеческий силуэт, затем рассеялись — и из них вышла дама в пышных одеяниях.
— Бессмертная Дева Юнь Хэ из Школы Взбирающихся на Облака тоже прибыла. А Школа Меча Высшей Тайны?
Не успел Истинный Человек Пяти Стихий договорить, как в небесах прозвенел пронзительный клинок, и следом с высоты упал мечевой свет, превращаясь в человека.
Пред ними стоял юноша с мечевидными бровями и звёздными глазами, с холодным, суровым лицом; за его спиной висел золотой меч, непрерывно источавший режущую энергию. Истинный Человек Пяти Стихий одобрительно кивнул:
— Говорят, Школа Меча Высшей Тайны получила поддержку с Юга и обзавелась тремя Высшими Магическими Мечами. Вижу, слухи не врали.
— Владыка Меча из Сокровенного Золота приветствует старшего Хуа, — юноша почтительно сложил руки. — Наш главный наставник всё ещё в затворе, пытается прорваться в позднюю стадию Заложения Основания, потому не смог прибыть.
— Ничего, ничего, — взмахнул рукой Истинный Человек Пяти Стихий, и взгляд его засиял. — Если даос Школы Меча Высшей Тайны прорвётся в позднюю стадию и станет Великим Истинным Человеком, пользы в грядущей битве будет куда больше.
Затем все расселись во дворике.
Пятеро достигших Заложения Основания явно признавали главенство Истинного Человека Пяти Стихий: один он был на средней стадии, тогда как остальные — Ся Вэймин, Чэнь Аньцзэ, Бессмертная Дева Юнь Хэ и Владыка Меча из Сокровенного Золота — пребывали лишь на начальной.
И тут в сердцах всех пятерых внезапно вспухло невыразимое чувство подавленности. С каждым вдохом духовная энергия Неба и Земли, бывшая им послушной, словно собственные руки, вдруг вышла из-под контроля, отвернулась и устремилась в иную сторону — туда, где показался статный юноша.
— Господин Чжуанъюань, — первым сложил руки Истинный Человек Пяти Стихий; остальные четверо поспешили последовать его примеру. Но статный юноша оказался весьма приветлив и каждому почтительно ответил поклоном.
— Младший Чжун Синь приветствует всех старших.
— Не смеем принимать такие почести.
— Господин Чжуанъюань — нынешний лидер по государственным экзаменам, к тому же пользуется безграничным доверием Его Величества. В столь юные годы уже занимает пост чиновника третьего ранга…
Говоря так, Истинный Человек Пяти Стихий снова всмотрелся в Чжун Синя. Он обладал глазом дхармы и видел то, что сокрыто от обычного взора: вокруг Чжун Синя сгущалась чиновничья энергия, принявшая облик Облачного Журавля и свирепого тигра — они кружили, оберегая его. А над головой ясно мерцала чиновничья должность:
Префект Столичной Префектуры
В Государстве Цин это должность третьего ранга, ведающая всеми делами столицы, — высокий статус и широкая власть. С её поддержкой можно обрести силу начальной стадии Заложения Основания.
И это — в крошечном Государстве Цин.
Строй Государства Цин заимствован у Даосского Двора, но из-за узости земель и малочисленности народа не дотягивает до подлинного масштаба. Иначе почему на восточном берегу, в самом Даосском Дворе, чиновник третьего ранга — подлинный «небесный чиновник», начинался как минимум с поздней стадии Заложения Основания, в звании Великого Истинного Человека. Разве мог бы он быть лишь начальной стадии? Более того, во всём Государстве Цин только нынешний Князь Цин способен обрести должность, сравнимую с положением Великого Истинного Человека на поздней стадии.
И всё же даже так столь лёгкое обретение силы вызывало зависть.
Меж тем господин Чжуанъюань третьего ранга, Чжун Синь, с любопытством спросил:
— Старший, зачем вы нас собрали? Важное дело?
— Касается врага из Северного Приречья, — Истинный Человек Пяти Стихий собрался с мыслями и торжественно извлёк летающее послание. — Двое моих друзей в Северном Приречье сообщают, что столкнулись с Истинным человеком демонической школы. Один из них зовёт нас присоединиться. У моего друга немалая сила — тоже средняя стадия Заложения Основания. Если он замыслил окружить и убить, то, шансы девять к одному, цель — тоже средней стадии. К тому же — из демонической школы… Полагаю, это тот самый, кого демоническая школа направила для удара по нашему государству!
Истинный Человек Пяти Стихий быстро вошёл в роль. Пусть он тоже был выходцем из Северного Приречья, но в словах уже явно считал себя человеком Государства Цин.
Чжун Синь заинтересованно кивнул:
— Что вы предлагаете, старший?
— Отправиться, окружить и убить!
— Накануне великой битвы, — возбуждённо воскликнул Истинный Человек Пяти Стихий, — если мы заранее снимем одного Истинного человека демонической школы, это непременно подорвёт боевой дух врага!
Чжун Синь помедлил, долго размышлял, а затем покачал головой:
— С Платформы Наблюдения за Небесами Даосского Двора пришёл указ: тот самый Истинный Человек Чунгуан из демонической школы уже переродился. Первоочерёдная задача — найти место его перерождения. Вам же, старший, следует укрепить оборону…
— Господин Чжуанъюань, вы не правы, — покачал головой Истинный Человек Пяти Стихий.
Укрепить оборону? А как же тогда получать заслуги!
Он перевёл всю Школу Пяти Стихий в Государство Цин, примкнул к Даосскому Двору в надежде занять там место — и для этого нужно проявить себя. Убийство Истинного Человека из Секты Изначального Святого — несомненная заслуга. Иначе, если мы победим в конце концов, а тот, кто схватит перерождение Чунгуана, получит главные лавры; что же тогда скажут о тех, кто отсиживался в обороне, дожидаясь подкрепления? Навесят ярлык бездельников, пожинающих чужие плоды!
Потому Истинный Человек Пяти Стихий горел желанием сразиться: поскорее выйти, убить нескольких Истинных людей демонической школы — чтобы Даосский Двор узнал о его тяжком труде и великих заслугах.
И думал так не он один. Включая стоявших позади него четверых достигших Заложения Основания, примкнувших к Даосскому Двору и пришедших на выручку Государству Цин в борьбе со Святой Сектой, — все были того же мнения.
Увидев это, Чжун Синь с досадой кивнул:
— Я понял. Согласен. Но раз предстоит углубляться в тыл врага, прошу вас, старший, быть предельно осторожным. Если дело пойдёт плохо, возвращайтесь немедля — не дайте себя уничтожить на землях демонической школы Северного Приречья.
— Будьте спокойны, господин Чжуанъюань!
Получив согласие, Истинный Человек Пяти Стихий просиял и, обернувшись к остальным, воскликнул:
— Друзья, настал наш час зарабатывать заслуги!
…
Покинув торговую встречу, Лю Ян неспеша направился к Горе Гайчжу: летел спокойно, сохраняя безмятежный, довольный вид.
«Пора бы уже и догнать, верно? Если они и правда затеяли недоброе, догонят и попытаются убить меня — и это уже будет не нападение на полпути, а моя самооборона. В любом случае правда на моей стороне… Точно, удочка закинута».
«Эти вольные культиваторы Северного Приречья ещё зелёные. Такие уловки могут провести разве что таких Истинных людей Святой Секты, как У Цан, тоже родом из вольных… Меня — уж точно нет».
Более того, даже Истинного Человека Иньшаня им не провести.
Вскоре вдали вспыхнул луч света и стремительно понёсся к нему. Лю Ян улыбнулся, заложил руки за спину и остался стоять на месте.
— Рыбка клюнула!