Знамя Изначальной Ци и Мириад Духов
Над Облачным Морем Лю Синь решил пойти на попятную:
— Если вы, младшие братья, согласитесь сменить гнев на милость, я готов преподнести вам даосскую книгу высшего класса.
— Теперь-то? Ты, должно быть, шутишь.
Лю Ян, услышав это, лишь рассмеялся:
— Старший брат Лю, мы все — ученики Святой Секты, к чему этот маскарад? Теперь между нами вражда не на жизнь, а на смерть.
— ...
Лю Синь не ответил, его лицо мгновенно омрачилось.
Ибо Лю Ян был прав: в этот миг теми, кто на самом деле не желал мира, были уже не Лю Ян с Сяо Шие, а Лю Синь и Фея Цин Чэнь.
Причина была проста — устав Святой Секты.
— Пока тебя не поймали, устав секты — пустой звук. Но стоит делу вскрыться, и он покажет всю свою суровость.
Лю Ян холодно усмехнулся:
— Вы наверняка не впервые устраиваете засады и грабите собратьев по секте, просто раньше вас не ловили. Но теперь, стоит мне уйти и подать жалобу в Зал Правосудия, вся правда выплывет наружу. Тогда тебе, старший брат Лю, почти наверняка головы не сносить.
— Младший брат шутит.
Мускул на лице Лю Синя дрогнул:
— Мы вполне можем заключить магический договор о том, что сегодняшний случай не дойдет до чужих ушей. Тогда я буду спокоен...
— Неужели? — парировал Лю Ян.
Конечно, это была ложь.
Только мертвецы не болтают!
— Цин Чэнь!
Лю Синь коротко выкрикнул, и хранившая доселе молчание Фея Цин Чэнь наконец разомкнула алые губы, медленно выдохнув лишь одно слово:
— Откройся!
Не успело эхо затихнуть, как Облачное Море вокруг пришло в движение. В мгновение ока из тумана восстали величественные пики, окружив Лю Яна и Сяо Шие плотным кольцом.
Очевидно, еще одна формация!
— Неужели ты думал, что я боюсь твоего Божественного Света Превращённой Крови Демона? — Лю Синь, узнав божественную способность Лю Яна, холодно усмехнулся. В его руке возникло трепещущее на ветру знамя: — Как раз моему «Знамени Изначальной Ци и Мириад Духов» не хватает главной души. Сегодня я принесу тебя в жертву этому стягу...
— В бой!
Прежде чем Лю Синь договорил, Лю Ян, слившись с мечом-пилюлей, ринулся в атаку. Удушающий запах крови заставил Лю Синя проглотить остаток насмешки.
— Души, вернитесь!
Лю Синь быстро сплел магический жест и с силой встряхнул Знамя Мириад Духов. Из полотнища вырвались две струи Белой Ци, которые, клубясь, приняли человеческие очертания.
Лю Ян не замедлился ни на миг, нанося сокрушительный удар мечом.
Два призрачных силуэта, повинуясь воле Лю Синя, также вскинули Истинную Ци, яростно встречая атаку. Раздался грохот — энергия меча в клочья разорвала обоих.
Лю Синь, собиравшийся было выйти и вместе с двумя призванными духами знамени атаковать врага, тут же попятился назад.
— Цин Чэнь, бей!
Лицо Феи Цин Чэнь стало предельно серьезным. Она выдернула из волос шпильку «Хвост феникса» и метнула её; артефакт золотой молнией устремился прямо в межбровье Лю Яна.
Но прежде чем шпилька достигла цели, из ниоткуда возник иной сияющий свет, преградив ей путь. Это вмешался Сяо Шие — настоящий Сокровищный Мальчик.
Более того, Сяо Шие взмахнул широким рукавом и одним махом выбросил более десятка магических артефактов. Разного качества и силы, все они сияли густым светом, но стоило им оказаться в воздухе, как тот заставил их взорваться!
— Грохот!
Осколки сияния, подобные россыпи малых солнц, сдержали напор убийственной формации Феи Цин Чэнь, едва не разнеся её изнутри!
От этой сцены неслыханной расточительности у остальных троих невольно задергались веки.
Сяо Шие отличался от Лю Яна: он не владел могучими техниками или божественными способностями, но в бою ему и не требовались подобные изыски.
Ему было достаточно швырнуть магический артефакт и активировать самоподрыв.
Такая тактика заставила Лю Синя помрачнеть еще сильнее. Он яростно взмахнул Знаменем Мириад Духов, призывая десятки новых духов.
Все они были «трофеями», добытыми Лю Синем во время охоты на своих же соучеников.
— Живо, укрепите формацию!
По приказу Лю Синя сонм духов ринулся врассыпную, занимая позиции в четырех узлах формации Феи Цин Чэнь, подпитывая её своей мощью.
Почувствовав прилив сил, Фея Цин Чэнь успокоилась. В её руке появилось маленькое знамя; после резкого взмаха призрачные горы формации пришли в движение, сковывая Небо и Землю и создавая непроницаемый барьер, о который разбивался свет меча Лю Яна.
Лю Синь удовлетворенно улыбнулся и снова встряхнул знамя.
Этот редкий артефакт он обрел вместе с Изначальной Книгой Дао во время давнего приключения; знамя было его главной опорой во всех битвах.
В знамени существовала иерархия: одна Главная Душа, два Стража Закона и три Духа-Трупа.
Как Дао рождает Единое, Единое — Двоих, Двое — Троих, а Трое — всё сущее, так и этот артефакт достигнет совершенства, лишь когда все шесть мест будут заполнены и подкреплены мириадами душ.
Звучало просто, но Лю Синь потратил десять лет на закалку, так и не добившись успеха.
Собрать мириады душ было делом нехитрым — достаточно вырезать город в мире смертных, но шесть ключевых позиций пустовали. Он не нашел даже Трех Духов-Трупов, не говоря уж о Стражах Закона.
Но даже в таком виде мощь артефакта внушала трепет.
— Убейте их!
Лю Синь взмахнул стягом, и наружу хлынули тысячи душ. В отличие от культиваторов, это были свирепые призраки, рожденные из злобы простых смертных.
Пусть качеством они и уступали, но брали числом.
Выпущенные на волю, они подобно черному цунами захлестнули пространство, мгновенно поглотив силуэт Лю Яна.
Главное — у этих призраков не было плоти, а значит, им был не страшен Божественный Свет Таяния Крови!
Однако Лю Ян не выказал и тени страха.
Свет Таяния Крови был его сильнейшим козырем, но не единственным. С мечом-пилюлей его Истинное Искусство Управления Мечом Божественных Небес обладало не меньшей мощью!
Повинуясь мысли Лю Яна, меч-пилюля разделился на сотни лучей. Сам он начал стремительно перемещаться между вспышками света, не вступая в лобовой бой. Он отступал под натиском и разил, когда враг выдыхался, ведя настоящую партизанскую войну.
В этом и заключалось истинное преимущество мечника-культиватора.
Нанести удар, исчезнуть за тысячи ли и атаковать с другого фланга, заставляя противника метаться, пока тот не совершит ошибку, подставив шею под лезвие.
Вскоре тысячи призраков были рассеяны и разбиты в пух и прах.
С другой стороны Сяо Шие тоже вошел в раж: он швырнул несколько магических артефактов высшего класса, чей подрыв снова заставил формацию содрогнуться.
Видя, что ситуация оборачивается против них, Фея Цин Чэнь с тревогой взглянула на напарника: — Старший брат...
— Не суетись. Если я спокоен, то и тебе нечего бояться.
Лю Синь сохранял хладнокровие. Сяо Шие его не заботил, а в то, что Лю Ян сможет бесконечно использовать Искусство побега меча, не истощая магическую силу, он не верил.
Такова была его стратегия.
Сначала измотать врага пушечным мясом из слабых духов, а когда его Истинная Ци иссякнет — выложить решающий козырь.
По правде говоря, он не хотел использовать свой главный секрет без крайней нужды. Слишком уж ценным был тот дух, и слишком опасным было его прошлое.
Если кто-то увидит его, в живых нельзя оставлять никого. Малейший слух об этом духе низвергнет Лю Синя в бездну.
— Что ж, не поймаешь волка, не пожертвовав ягненком.
Поколебавшись мгновение, Лю Синь поднял знамя и почтительно поклонился ему: — Враг силен. Чтобы сокрушить его, прошу старшего брата явить свою мощь.
(Конец главы)