Цель — Лю Синь!
【Владыка Пика Подпирающего Небеса раздавил тебя одним пальцем.】
【Текущее количество оставшихся страниц Книги Ста Жизней: 95】
【Перезапустив жизнь, ты можешь выбрать один из следующих трофеев прошлой жизни:】
Первое: Сокровище.
Второе: культивация.
Третье: Продолжительность жизни.
Четвёртое: отказаться от всех трофеев и случайным образом пробудить талант, основанный на опыте прошлой жизни】
— Тот, чьё имя я назову, подойдёт ко мне.
С помоста донёсся голос Лю Синя. Лю Ян на этот раз долго не мог прийти в себя — его разум всё ещё был скован тем исполненным ярости ударом меча из прошлой жизни.
«Муравей, пытающийся свалить дерево... Что ж, это недалеко от истины».
Лю Ян глубоко выдохнул. Несмотря на то что он воочию узрел пропасть, отделяющую его от Истинного человека Заложения Основания, он не пал духом. Напротив, его боевой задор лишь разгорелся сильнее.
Обладая Книгой Ста Жизней, он знал: то, что не убивает его, делает его лишь могущественнее.
Всего лишь ещё одна попытка начать с чистого листа.
С этой мыслью Лю Ян вновь взглянул на интерфейс Книги Ста Жизней. В прошлой жизни он был одержим горькой практикой, и за душой у него не было ничего, кроме шестого уровня Конденсации Ци.
Однако выбрать культивацию он не мог.
Пока скрытая угроза Техники Девяти Превращений Дракона сохранялась, он не смел практиковать эту технику культивации — иначе это было бы равносильно ношению бомбы с часовым механизмом в собственном теле.
— Я выбираю талант.
【Идёт подсчёт твоего опыта прошлой жизни...】
【После твоей смерти весть о том, как ты обнажил меч против мастера Заложения Основания, разнеслась повсюду. Бесчисленное множество людей высмеивало твоё безрассудство, не ведая, что твои усилия не были напрасны.】
【Пусть ты не нанёс Истинному человеку ни малейшей царапины, в миг перед тем, как тебя раздавили, ты чудесным образом преодолел узкое место в искусстве меча. Владыке Пика Подпирающего Небеса пришлось приложить чуть больше сил, чтобы оборвать твою жизнь. Позже он обмолвился, что хоть ты и муравей, но у тебя есть пара трюков.】
【Ты пробудил Фиолетовый талант: Есть пара трюков.】
【Есть пара трюков: С какой бы ужасающей атакой ты ни столкнулся, пока она находится в пределах твоих возможностей, ты сможешь непринуждённо отразить пару ударов.】
«Что это за талант такой?»
Лю Ян нахмурился. На первый взгляд это походило на божественный навык абсолютной защиты, но оговорка «в пределах предельных возможностей» в описании заметно портила впечатление.
Впрочем, он быстро отбросил сомнения. Он выбрал талант лишь для того, чтобы избежать ловушек Техники Девяти Превращений Дракона. Если талант силён — прекрасно, если слаб — не беда.
Куда больше Лю Яна заботило, есть ли способ избежать вычисления причин и следствий Владыкой Пика Подпирающего Небеса.
«Если ничего не выйдет, придётся отказаться от Техники Девяти Превращений Дракона...»
— Лю Ян!
— ...Здесь!
Голос Лю Синя с помоста вернул Лю Яна к реальности. Он поспешно поднялся на возвышение, и Лю Синь, как и в предыдущих жизнях, распределил его в Павильон Радости.
В следующее мгновение Лю Ян внезапно замер.
«Постойте... Я помню, что в моё Знамя Мириада Духов Лю Синь закалил какую-то могущественную личность. Весьма вероятно, это был наследный ученик Святой Секты».
Это было странно.
Ему самому стоило лишь начать практиковать технику, как Владыка Пика тут же вычислил карму и нашёл его по следу. А Лю Синь прикончил целого наследного ученика!
Как он до сих пор жив?
При этой мысли глаза Лю Яна вспыхнули острым блеском, и он в упор уставился на Лю Синя на помосте.
«Точно! Единственное объяснение — у него в руках есть редкое сокровище, способное на сокрытие причин и следствий, не дающее мастерам Заложения Основания прознать о нём!»
В одно мгновение разум Лю Яна лихорадочно заработал.
Он тут же сменил тактику, повторив действия из самой первой жизни: прилюдно совершил умерщвление Юй Сучжэнь, чем успешно привлёк внимание Лю Синя.
Получил от Лю Синя половину Изначальной Книги Дао.
Ушёл в затворничество для практики.
Как он и ожидал, одной безлунной ночью, когда ветер завывал особенно тоскливо, подготовившийся Лю Синь, напевая под нос мотивчик, подошёл к дверям его пещерной обители.
— Младший брат Лю, ты внутри?
Лю Ян хранил молчание.
Лю Синь, видя это, ничуть не удивился. На его губах заиграла холодная усмешка. Он терпеливо открыл Сумку для Хранения и начал расставлять вокруг флаги формаций.
Это были формации звукоизоляции и создания иллюзий, гарантирующие, что какие бы зверства ни творились внутри, снаружи не заметят ни малейшего следа.
Лю Синь проделывал подобное множество раз, и до сих пор никто не связал исчезновения с ним. Даже если бы кто-то попытался прибегнуть к вычислению кармы...
При этой мысли Лю Синь коснулся потайного кармана на груди и уверенно улыбнулся.
Даже если кто-то использует вычисление причин и следствий — бесполезно!
Вскоре, когда формации были расставлены, Лю Синь перестал таиться. Он взорвался Истинной Ци, одним ударом меча вскрыл обитель Лю Яна и неспешно вошёл внутрь.
— Младший брат Лю, не прячься. Старшему брату как раз нужен такой материал, как ты... Что за?!
Голос Лю Синя оборвался на полуслове.
В глубине пещеры Лю Ян спокойно восседал на циновке для медитации. Он смотрел на него с едва уловимой усмешкой, и в его облике не было ни капли того безумия, которое должно было охватить его после практики по обрывкам Изначальной Книги Дао!
— ...Неладно!
В мгновение ока зрачки Лю Синя сузились, и в его руке появилось знамя.
Однако было слишком поздно.
В следующую секунду вспыхнул алый свет. Лю Синь почувствовал, как Истинная Ци и жизненные силы мгновенно покинули его тело. Пошатнувшись, он рухнул на землю!
Формация Меча Кровавой Очистки Небесной Реки!
Лю Ян заранее установил схему формации у входа, так что яростный прорыв Лю Синя был подобен прыжку в расставленные сети. Он был повержен без малейших усилий.
— Старший брат, я заждался тебя.
Глядя на распростёртого Лю Синя и вспоминая себя из первой жизни, обманутого до полусмерти, Лю Ян холодно усмехнулся: «Наконец-то ты в моих руках!»
«Если бы мы поменялись ролями, я бы показал тебе, что такое истинная жестокость!»
— Кто ты такой?!
Лю Синь лежал, не в силах пошевелить и пальцем, совершенно не понимая происходящего. Его просчитали? Какой-то едва вступивший в секту ученик?
Невозможно! Абсолютно невозможно!
— Ты шпион праведного пути? Погоди, не убивай меня, я буду тебе полезен... У меня есть высшая даосская книга, она поможет тебе стать Истинным человеком Заложения Основания!
В миг смертельной опасности Лю Синь отбросил осторожность и выложил свой главный секрет.
— Кроме того, у меня есть магический артефакт, в котором заточён наследный ученик Святой Секты. Он знает множество тайн Святой Секты... нет, Демонической Изначальной Святой Секты!
— Если отпустишь меня, всё это станет твоим...
Не дав Лю Синю договорить, Лю Ян применил Божественный Свет Таяния Крови, иссушив его до состояния пустой кожи: «Глупец. Если я убью тебя, всё и так станет моим!»
«Даже ты сам станешь моим!»
Затем Лю Ян взмахнул рукой, призывая Знамя Изначальной Ци и Мириад Духов, и резко встряхнул им над трупом Лю Синя.
В одной из прошлых жизней он читал Изначальную Книгу Дао и прекрасно знал, как управлять этим сокровищем.
Тело Лю Синя провалилось в знамя, мгновенно испаряясь и превращаясь в чистую энергию Ци. Оно долго вращалось внутри, пока Лю Ян не тряхнул полотнище, заставляя дух проявиться вновь.
Однако теперь Лю Синь превратился в Духа знамени. Лю Ян намеренно сохранил ему память, поэтому, придя в себя, тот в ужасе воззрился на него: — Младший брат Лю... Невозможно! Откуда ты знаешь, как управлять Знаменем Мириада Духов?!
— Как ты меня назвал?
Лю Ян холодно рассмеялся: — Мне стоит поучить тебя, как Дух знамени должен вести себя с Владыкой знамени? Или ты жаждешь, чтобы твоя душа улетела в небытие?
— Господин, пощадите! Лю Синь приветствует господина!
У Лю Синя подогнулись ноги, и он рухнул на колени. Несмотря на все прижизненные воспоминания, он не мог выдавить из себя ни капли ненависти к человеку, который его убил.
В каждой его мысли теперь жила лишь абсолютная преданность.
В этом и заключалась деспотичная суть Знамени Мириада Духов: на первый взгляд дух не отличался от живого человека, но на деле его воля была полностью стёрта, лишая его всякой самостоятельности.