Кто сможет убить меня?
Южный край, под многослойным покровом облаков.
В военном лагере Усмиряющий Юг Ван У Тайань закрыл глаза, припоминая последний увиденный им миг: «Похоже, в Секте Десяти Тысяч Ядов появилось необычное сокровище».
Эта мысль подогрела его любопытство, и он невольно захотел внимательно рассмотреть всё своими Врожденными зелеными глазами. Однако, поразмыслив, он отказался от этого соблазна. Не то чтобы он не мог пронзить защитную матрицу Секты Десяти Тысяч Ядов, но он не смог бы сделать это, не потревожив тех, кто находился внутри.
«Ладно, проехали».
У Тайань быстро собрал мысли. Будь он в пределах Царства Даосского Двора, его деспотичный нрав, естественно, заставил бы его сначала удовлетворить любопытство, не обращая внимания ни на что.
Однако это был Южный край.
Секта Десяти Тысяч Ядов не представляла угрозы, но Лю Ян всё-таки был Истинным Человеком из Павильона Меча и учеником Истинного Человека Дан Мо. Не стоило создавать лишних проблем из-за такой мелочи.
В конце концов, он прибыл в Южный край по более важному делу.
В следующее мгновение У Тайань развернулся и вошёл в шатёр, отослал прислугу и достал из-за пазухи старинный квадратный молитвенный цилиндр.
«Кла-да-да…» У Тайань задействовал магическую силу и медленно провернул цилиндр. На первый взгляд это был обычный предмет, но он требовал от него огромной магической силы.
По мере того как цилиндр медленно вращался, при каждом повороте из священных текстов исходил луч света Будды. Сначала это была лишь искра, но вскоре она превратилась в яркое пламя, и в этом свете постепенно проявился образ монаха, который со сложенными ладонями с улыбкой смотрел на него.
— Амитабха… Податель, наконец пожелал увидеться со мной, — произнёс монах мягким голосом.
Монах слегка улыбнулся. От него исходила странная аура: его облик был торжественным и величественным, но в то же время в его манерах чувствовалась некая робость.
Эти два противоречивых стиля идеально сочетались в нём.
— Гуанмин…
— Сначала ты был самым обычным послушником в Чистой Земле, даже не Истинным Человеком, а в одночасье твой характер резко изменился, — спокойно сказал У Тайань.
— В тот день Истинный Владыка Великой Пустоты открыл Великую эпоху Поднебесной, — продолжил У Тайань. — Все бодхисаттвы скрылись, и лишь одна дхармическая форма спустилась с Небес Свободы в мир смертных — и, что удивительно, приземлилась прямо на тебя, сделав тебя Сыном Будды.
У Тайань прямо рассказал о том, как Гуанмин стал Сыном Будды. Очевидно, он тайно расследовал это бесчисленное количество раз. Однако, сколько бы раз он ни пересматривал эту историю, она казалась ему абсурдной. Неужели он действительно думал, что манна небесная упадёт ему на голову?
Неужели такая удача просто так свалилась на тебя?
Он что, считал всех архатов мёртвыми?
Поэтому сейчас в его сердце был только один вопрос:
— Осмелюсь спросить, не Почтенный ли передо мной? — низко склонил голову У Тайань.
Все Истинные Владыки скрылись, кто мог быть исключением?
Конечно же, Владыка Дао с Зарождающейся Душой! Более того, Почитаемый Миром из Чистой Земли уже имел прецеденты!
Однако в ответ на вопрос У Тайаня Гуанмин лишь улыбнулся.
Он вспомнил события того дня. Когда та дхармическая форма опустилась, он пытался убежать, но в конце концов столкнулся с ней лицом к лицу.
Он до сих пор не мог точно описать ощущения, которые испытал после этого. В него уже вселялись архаты — это была привилегия буддийских культиваторов Чистой Земли, позволяющая высшим управлять низшими. Но те вселения были очень ясными, и он, как изначальный владелец тела, чувствовал их очень остро, подсознательно испытывая отторжение.
Но в тот раз всё было иначе.
Когда дхармическая форма слилась с ним, он не почувствовал никакого отторжения, лишь произнёс: «Не думал, что я — воплощение Почитаемого Миром!»
И на этом всё.
Его сознание не изменилось, память не изменилась, характер тоже не изменился… Поэтому, отвечая на вопрос У Тайаня, он мог только улыбаться.
Потому что он и сам не знал.
«Я ли Гуанмин?»
«Я ли Почитаемый Миром?»
Всё это было неважно. Важно то, что теперь «Явление Небесного Образа Победоносного Намерения» снизошло на него, и он обрёл врождённую миссию.
— Амитабха, У Податель, ты слишком привязан к внешнему облику, — сказал Гуанмин с мягкой улыбкой.
— То, что ты взял мой молитвенный цилиндр, — это наша кармическая связь. Я низошёл в мир и должен взять четырёх учеников, которые последуют за мной на запад в поиск Золотого Ядра, — объяснил он. — У этих четырёх учеников разные судьбы.
— «Явление Небесного Образа Победоносного Намерения» уже определило кармическую связь: по одному человеку с Восточных земель, Северного Приречья, Южных земель и заморских земель. Все они смогут обрести высший истинный плод бодхи.
— Податель — один из них.
Слова Гуанмина заставили тело У Тайаня слегка задрожать. С его уровнем культивации он не мог контролировать своё магическое тело, что говорило о силе его эмоционального потрясения.
Почитаемый Миром… Это действительно Почитаемый Миром!
«Явление Небесного Образа Победоносного Намерения» было точь‑в‑точь таким же, как и прежнее «Явление Небесного Образа Великого Милосердия»!
Очевидно, Почитаемый Миром установил эту кармическую связь, приглашая меня стать учеником. Если я приму эту связь, он обещает мне высшее Золотое Ядро в будущем!
— Ученик приветствует наставника! — ни секунды не колеблясь, тут же пал ниц и трижды низко поклонился У Тайань.
Всё равно в Даосском дворе к подобному уже давно привыкли.
В то же время в его сердце родилась безграничная уверенность: Почитаемый Миром лично обещал мне!
Он обещал мне Золотое Ядро!
Разве не гарантирована ему победа в этом поиске Золотого Ядра?
— Хорошо, — с улыбкой кивнул Гуанмин.
Увидев, как У Тайань решительно поклонился, Гуанмин слегка прислушался, словно что‑то услышал, и снова заговорил:
— Действительно, кармическая связь… Нет лучшего дня, чем сегодня. Кроме Подателя У, у меня есть ещё один Податель, с которым у меня есть связь наставника и ученика. Мы можем пойти и встретиться с ним вместе.
Услышав это, У Тайань нахмурился.
— Есть ещё кто‑то? Кто? — инстинкт дворцовых интриг заставил его насторожиться.
Не успел Гуанмин договорить, как он подсознательно почувствовал враждебность.
«Неужели…» У Тайань размышлял. «Почитаемый Миром, конечно, не будет искать Бродячего Культиватора. Если и будет искать, то только среди четырёх великих сил. Кто ещё есть в Южном крае, кроме меня?»
«Тот Истинный Человек из Павильона Меча?»
Это предположение стало ещё более твёрдым, когда Гуанмин посмотрел в сторону Секты Десяти Тысяч Ядов. Но У Тайань никак не мог понять: «Почему именно этот Истинный Человек из Павильона Меча?»
«Он даже не достиг Пикового Заложения Основания!»
«Почему Почитаемый Миром выбрал его?»
— Ши‑и‑и!
Неизвестно почему, но Лю Ян, который должен был быть в приподнятом настроении после убийства Лун Юэ, внезапно почувствовал пронизывающий до костей холод.
— Что происходит? — подняв голову, спросил он, чувствуя неладное.
«Ночь длинна, и сны полны. Нужно поскорее закончить дела и устроить моё основное тело», — пронеслось у него в голове.
Подумав об этом, Лю Ян тут же сотворил Заклинание Спасения Горных Скал.
Под действием этого Заклинания врата Секты Десяти Тысяч Ядов с грохотом распахнулись, открывая вид на внутренности горы. Взору предстал естественный грот.
Внутри грота находился жидкий пруд.
Плотный лунный свет падал в пруд. Хотя Лю Ян уже забрал весь накопленный Императорский Лунный Нектар, накопление нового было лишь вопросом времени.
В следующее мгновение сознание Лю Яна вернулось в основное тело, и он широким шагом вошёл в пруд. Мгновенно его охватило небывалое чувство единения с Небом и Землёй, словно младенец вернулся в утробу матери. В ушах зазвучало мелодичное бормотание, словно ему разъясняли Великое дао Неба и Земли.
— Хорошо… Отлично! — лицо Лю Яна озарилось радостью.
— Пока я нахожусь в этом Пруде поклонения луне, время для взращивания бессмертного духа вообще не проблема. Самое позднее, через тридцать лет я достигну совершенства! — подумал он с уверенным чувством.
Пиковое Заложение Основания — высшее существование среди тех, кто ниже Истинного Владыки.
К тому времени, кто сможет убить меня?
Подумав об этом, Лю Ян внезапно почувствовал сонливость.
С тех пор как он мог заменять сон медитацией, Лю Ян больше не спал. За девять жизней культивации это был первый раз, когда он почувствовал усталость.
Может, поспать немного?
Всё равно не к спеху. Пока Клон следит снаружи, он может сначала поспать, а когда проснётся, Небо и Земля всё устроят… «…Хм?»
Грохот!
!
!
Словно гром, сознание Лю Яна с силой воспряло сквозь сонливость, и его веки, которые уже почти сомкнулись, с трудом приоткрылись, оставив узкую щель.
«Неправильно!»
«Что‑то не так!»
«Но… с какого момента всё пошло не так? Почему я не заметил?»
В тумане времени беспорядочные мысли постоянно возникали и рушились в голове Лю Яна, пока, наконец, не превратились в чёткий и ясный приказ: «Волны Испытаний!»
«Спасите меня!»