Хунъюня взрастили бесполезным!
Ветер стих, волны улеглись — всё затихло.
С последними словами даоса Хунтяня всё мироздание вокруг словно погрузилось в безмолвие, а следом из пустоты начали проступать бесчисленные видения.
На Острове одинокого сердца Лю Ян расплылся в улыбке.
В следующую секунду над его головой сплелось сияние черного золота, сгущаясь в образ божественной способности. Это было первое проявление, соответствующее Небесному огню:
— Императорский Управитель Судеб!
Эта божественная способность воплотилась в виде императорской короны с двенадцатью подвесками, сияющей жемчугом и нефритом. В этот миг Лю Ян выглядел невероятно величественно, словно монарх, правящий всей Поднебесной.
Однако с другой стороны даос Хунтянь явил ту же самую способность. Корона воссияла над ним; клубящийся свет окружил обоих практиков, и в нём быстро проступили очертания павильонов, дворцовых залов и киноварных ступеней. Даже морская вода внизу закипела, выбрасывая в небо столбы белого пара.
— Дворец Возвращения к Стене.
Две божественные способности возникали одна за другой, поглощая и сокрушая друг друга в бесконечном цикле рождения и смерти, пока, наконец, не рассеялись, обратившись в два тусклых луча первозданного мрака.
— Слияние Неба и Земли!
В мерцании света смутно виднелись два исполинских древних древа. Они стояли незыблемо, отводя беды и позволяя стремиться к счастью и избегать несчастья; в мгновение ока сквозь них протекли бесконечные нити кармы.
— Корень свернувшегося дракона!
Разнообразные образы переплелись, накрыв собой всё морское пространство вокруг Острова одинокого сердца.
Лишь спустя долгое время видения с грохотом развеялись, вновь обнажив фигуры двоих людей. Однако ни Острова одинокого сердца, ни моря под их ногами больше не существовало.
— Грох-хо-хом!
Под их стопами исчезло всё сущее. Осталась лишь бездонная гигантская пустота, возникшая там, где морская вода была испарена божественной способностью. Воды дальнего моря непрерывным потоком устремились в этот провал, создавая яростные волны и оглушительный рокот.
— Бедный даос зовется Хунтянем.
Даос сложил руки в приветствии и с улыбкой произнес: — Как я и ожидал, даосский друг тоже практикует Небесный огонь. Наши пути схожи, что искренне радует мое сердце.
Сказав это, он вновь спросил: — Позвольте узнать ваше имя.
— Я... Лю Ян.
Лю Ян прямо назвал своё настоящее имя. В конце концов, оно не несло в себе никакой кармы — даже те, кто его знал, решили бы, что это просто случайный псевдоним.
Куда больше его заботило другое:
«Этот Хунтянь... он практикует божественную способность Небесный огонь, а не Огонь Светильника!»
Стоило помнить, что Хунтянь, как и Хунъюнь, изначально был Истинным Владыкой Огня Светильника. Даже после перерождения способности, постигнутые в прошлом, не должны были измениться.
Почему же способности Хунтяня стали иными?
Чем же его опыт так сильно отличался от судьбы Хунъюня?
«И ещё, он прямо упомянул внешний мир... Неужели он знает, что находится в Лжеистории? Кто мог поведать ему об этом?»
«Ан Сяо?»
В душе Лю Яна бушевали сомнения, но лицо оставалось бесстрастным. Он намеренно прикинулся дурачком: — Какой еще внешний мир? Что значат эти слова, даос Хунтянь?
Услышав это, Хунтянь рассмеялся еще радостнее:
— Вот оно что. Похоже, во внешнем мире вы, должно быть, истинный человек демонической секты.
Лю Ян: «...»
Хунтянь покачал головой и откровенно признался: — Друг мой, не ломайте голову. Понятие «внешний мир» — лишь мое предположение, основанное на опыте прожитых лет.
— В те времена, когда я еще был Истинным Владыкой Огня Светильника, меня убил внезапно появившийся таинственный Истинный Владыка. Перед смертью мне удалось развеять его защитную дымку и увидеть истинный лик. К моему изумлению, он выглядел точь-в-точь как Линсяо из нашей секты, но его пост Дао, уровень культивации и достижения были совершенно иными.
— Но важнее всего то, что он постиг путь Дерево Великого Леса.
— Насколько мне известно, с древнейших времен этот высший плод просветления не удавалось постичь никому. Тогда я и задумался: откуда же взялся этот таинственный истинный владыка Дерева Великого Леса...
Хунтянь воодушевленно продолжал свой рассказ.
Лю Ян же, слушая его, втайне вздыхал: «Я так и знал, что во всем виноват Ан Сяо. Этот старый злодей из Святой Секты порочен от рождения!»
— Мой окончательный вывод — существует внешний мир.
— Над людьми есть другие люди, а за пределами неба есть иные небеса. Очевидно, за границами этого мира существует другой, и тот таинственный Истинный Владыка, как и вы, прибыли именно оттуда!
— Поскольку тот владыка постиг Дерево Великого Леса, являющееся высшим Плодом просветления, а он — единственный выходец извне, кого я встретил, я предположил: возможно, лишь достигнув высшего поста, можно коснуться внешнего мира. Именно поэтому я решился сменить путь Дао и устремился к Небесному огню.
На этом месте голос Хунтяня внезапно оборвался.
В следующий миг он пристально посмотрел на Лю Яна и усмехнулся: — Знаете ли вы, как реагировали другие, когда я говорил им подобное?
Лю Ян: «...»
«Просчитался!»
Тот намеренно наговорил так много, вплетая сведения об Ан Сяо, лишь чтобы заманить его в ловушку!
И действительно, Хунтянь продолжил: — Одни выказывали нетерпение, другие отделывались отговорками, но ни у кого душевные колебания не были столь ровными, как у вас.
С этими словами Хунтянь уставился прямо на Лю Яна:
— Раньше мне лишь казалось, что ваша причинно-следственная аура схожа с тем таинственным владыкой, но теперь... я уверен, что угадал верно.
— Ну как? Вам нечего сказать?
После этих слов Лю Ян больше не хранил молчание.
Без малейших колебаний его фигура просто исчезла. Он явно не собирался продолжать разговор, чем немало озадачил Хунтяня.
Секунду спустя тот вздохнул:
— Разве нормальный человек не должен был опешить от моих речей и продолжить беседу? Так быстро сбежать... Что ж, теперь я точно уверен, что вы — ученик Демонической Секты.
Не успел он договорить —
— Грохот!
Высоко на небесном своде Земля на Стенах Города вспыхнула ослепительным светом. Обрушилась великая сила, сковывающая пространство и заключающая в себе Мириады Феноменов, в мгновение ока запечатав половину заморских земель.
Так прошло немало времени, прежде чем эта мощь начала постепенно рассеиваться.
Истинный Человек Хунтянь выглядел разочарованным. Он с предельной скоростью известил Истинного Владыку, но противник сумел ускользнуть в самый критический момент.
Очевидно, тот был весьма опытным.
Однако, когда Хунтянь уже решил, что всё кончено, и собрался уходить, раздался тихий голос: — Друг мой, теперь мы можем поговорить.
— Что?!
На этот раз пришёл черёд Хунтяня удивляться. Обернувшись, он увидел того самого Посланника Усмирения Морей Бессмертного Двора, что приходил к Солань. Тот стоял, заложив руки за спину, и улыбался.
Марионетка!
Этого двойника Лю Ян оставил перед побегом. Обеспечив себе безопасность, он был не прочь побеседовать с этим Хунъюнем из другого времени и пространства.
Заодно он прояснил для себя часть сути этого Хунтяня.
«Как же я раньше не догадался? Главное отличие даоса Хунтяня от Хунъюня — это Небесный Владыка!»
В истинном мире Хунъюнь обласкан Небесным Владыкой, его удача подобна радуге. Однако в этой Лжеистории нет Владыки Дао, а значит, нет и Небесного Владыки.
Иными словами —
«На самом деле Небесный Владыка лишь тянул Хунъюня назад!»
«Или, вернее сказать, его врожденный талант и потенциал — один на миллиард, он изначально был Любимцем небес, иначе Небесный Владыка не выбрал бы его.»
«Теоретически, даже без поддержки жизненной удачи Хунъюнь мог бы сам стать Истинным Владыкой. Напротив, эта божественная помощь, когда всё само плывёт в руки, лишила его испытаний и взрастила бесполезным — по крайней мере, в сравнении с нынешним Хунтянем он слабее не на одну голову!»