Лучше смерть!
Размышляя об этом, Лю Ян всё глубже проникал в суть лжеистории.
«Эта лжеистория — словно колоссальное поле кармических вычислений. Здесь можно предсказать будущее, чтобы затем применить эти знания в реальности!»
Это было почти как...
«Книга Ста Жизней».
Разумеется, если говорить о великой силе, то Книга Ста Жизней, способная на полноценный перезапуск в истинном смысле, стояла на ином уровне — эта лжеистория не могла с ней сравниться.
Однако производимый эффект был поразительно схож.
«Используя Книгу Ста Жизней, я совершаю перезапуск собственной истории. Я заранее узнаю сведения, которые были мне недоступны, и меняю будущее».
«Здесь же я точно так же могу с помощью лжеистории просчитать грядущие перемены и завладеть информацией о будущем. Пусть это далеко не так точно, как при моём личном перезапуске, но это отличный ориентир... Скорее всего, именно так в своё время и поступал Ан Сяо!»
Более того, у лжеистории имелось еще одно преимущество.
Лишение первоисточника тех, кто заперт в лжеистории, позволяло присвоить их вероятности будущего, гарантируя достижение определенного исхода.
Этого не могла обеспечить даже Книга Ста Жизней!
Ведь Книга Ста Жизней — это чистый перезапуск, где каждое новое решение из-за эффекта бабочки порождает иное будущее.
«Да это же просто читерство!»
При этой мысли Лю Ян ощутил укол раздражения. Больше всего на свете он ненавидел два типа людей: первый — это читеры, с которыми бесполезно взывать к логике!
Что? Читер — это я?
Тогда никаких претензий!
Лю Ян глубоко вдохнул, возвращая себе самообладание, и посмотрел на Хунтяня. Тот как раз закончил раздумья и вскинул голову, встречаясь с ним взглядом.
В следующий миг Хунтянь сложил руки в вежливом жесте:
— На сей раз я должен поблагодарить тебя, собрат, за разъяснения. Если бы не твои наставления, я бы, боюсь, даже не понял, от чего погиб. Это было бы крайне унизительно.
— Что же до способа разорвать этот круг...
Хунтянь коротко усмехнулся: — Пусть я не могу полностью сокрушить расклад, у меня есть способы выиграть время для поиска Золотого Ядра.
— О? — глаза Лю Яна слегка блеснули.
Однако Хунтянь умолк, явно не собираясь раскрывать подробностей.
Лю Ян не стал настаивать. Даже если Хунтянь что-то скажет, как проверить — правда это или ложь? Лучше дождаться момента его поиска Золотого Ядра, тогда всё станет ясно само собой.
— В таком случае... желаю тебе успеха, собрат.
Лю Ян взмахнул рукавом и поднялся, небрежно бросив: — Можешь оставить это тело здесь. Если пожелаешь связаться со мной, просто пробуди его своей магической силой.
Хунтянь кивнул с легкой улыбкой:
— Не провожаю.
Разорвав связь с марионеткой, Лю Ян открыл глаза в глубине материка, в Руинах Цзоуюй. Он вышел из кельи и поднял взор к небесным светилам.
В лжеистории из-за присутствия Хунтяня Небесный огонь также проявился в мире; он завис высоко в небе, создавая картину одновременного сияния солнца и луны.
Странно было то, что на самого Лю Яна он никак не реагировал.
Более того, чувства Лю Яна подсказывали: этот так называемый Небесный огонь был иллюзорен, словно отражение луны в воде или цветок в зеркале — нечто лишённое истинного бытия.
«Лжеистория... в конечном счёте отлична от настоящего мира».
И люди здесь были такими же.
Солань, убитый Со Хуанем, после смерти просто растворился в пустоте. А ведь Лю Ян подумывал превратить его в дух знамени и забрать в Знамя Мириада Духов.
«И еще Хунтянь...»
К этому моменту Лю Ян начал смутно осознавать замысел патриарха Святой Секты.
«Он хочет, чтобы я увидел репетицию лжеистории!»
«Иначе не объяснить, почему я прибыл столь вовремя. Всё как в театральной пьесе: едва я вошёл, Хунтянь уже готов начать восхождение на престол через поиск Золотого Ядра».
В конце концов —
«Неужели нехватка достижений на пути Дао и атмосфера изгнания при постижении Небесного огня — это единственные ловушки?»
Дело было не в том, что Лю Ян презирал владыку Дао Даосского Двора.
Просто, несмотря на всю серьёзность этих препятствий, Хунтянь не был в безвыходном положении. У него оставались варианты, а значит, ситуация не была заведомо фатальной...
«Значит... должно быть что-то еще более масштабное!»
Придя к этой мысли, Лю Ян опустил веки, скрывая бурю эмоций, бушевавшую в глубине его глаз.
«Я уверен, что есть ловушка покрупнее, но я её не вижу! В этом и кроется истинная беда, корень проблемы!»
Затем он вновь вспомнил о Хунтяне и втайне вздохнул.
Раньше он думал помочь Хунтяню в поиске Золотого Ядра, чтобы в последний миг сразить его и тем самым заполучить вероятность гарантированного успеха.
Но теперь его посетило озарение:
«В этой ветке лжеистории возможности успеха для Хунтяня, вероятно, не существовало изначально. Это партия, где нет выхода — только смерть!»
Внутри Зала сокрытых механизмов.
Как только сознание Лю Яна покинуло оболочку, марионетка без чувств рухнула на пол. Хунтянь небрежно убрал её и уставился в пустоту перед собой отсутствующим взглядом.
В этот момент внезапно раздался голос:
— Сердце полно сомнений?
Хунтянь усмехнулся: — Можно и так сказать, Яньмо. Скажи, каким на самом деле является внешний мир, который мы просчитали? Какие пейзажи там открываются?
После недолгого молчания голос отозвался вновь:
— Если хочешь знать — просто выйди и посмотри.
Хунтянь тяжело вздохнул: — Трудно выйти... Кое-кто не желает нашего ухода. Небесный Чертог... Я подозреваю, что с ними что-то не так, они могут хранить куда более глубокие тайны.
— Не думай об этом лишнего.
Голос зазвучал твердо и чеканно: — Тебе нужно лишь приложить все силы, чтобы достичь Небесного огня. Как только постигнешь его, путь впереди откроется сам собой.
— В этом-то и проблема.
Хунтянь глубоко выдохнул и произнес: — Тот человек из внешнего мира с самого начала не выказывал ко мне жажды убийства. Он совсем не похож на того Таинственного Истинного Владыку из прошлого раза.
— Это странно.
Хунтянь слегка нахмурился: — По моим прикидкам, убивая нас, пришельцы извне могут что-то забирать. Кажется, это связано с нашим будущим.
— Прошлый Таинственный Истинный Владыка убил Линсяо именно ради этого.
— А нынешний гость, этот Лю Ян... Его развитие сопоставимо с моим, он так же ищет Небесный огонь, наше сходство поразительно велико.
— Раз так, моё будущее должно быть для него ценным.
— Ведь у моего поиска Золотого Ядра есть шанс на успех. Более того, я прямо заявил ему в лицо, что у меня есть способ решить проблему Небесного Чертога.
— И всё же он остался безучастен.
— Из-за страха перед силами, что стоят за мной? Невозможно. В этом человеке явно сильна демоническая природа, он бы не отступился от своих планов из-за такой мелочи.
— Если только...
Хунтянь поднял голову к небу, и в его взгляде отразилась тоска:
— Если только он не уверен на все сто: даже если я разберусь с Небесным Чертогом, я всё равно обречён. А значит, присвоение моего будущего для него лишено смысла.
Когда слова затихли, в Зале сокрытых механизмов воцарилась мертвая тишина.
Лишь спустя долгое время голос подал знак: — И что теперь? Ты собираешься сдаться?
— Ты мог бы вновь избрать путь Огня Светильника. С твоими достижениями на пути Дао ты легко вернешься на свое место и сможешь спокойно совершенствоваться здесь. Это тоже выход.
— Спокойно совершенствоваться?
Хунтянь оскалился в усмешке: — С тех пор как Почитаемый Миром достиг дао, нам закрыт путь даже за пределы Неба. Мы заперты здесь, и это называют «спокойным совершенствованием»?
— Как по мне, это просто медленное угасание в дурмане.
— Если мне суждено жить так...
В глубине глаз Хунтяня вспыхнуло яростное пламя амбиций — так запертая в клетке птица взирает на бескрайний небосвод.
— Лучше смерть!