Опять, мать его, Почитаемый Миром?
Едва Сычун умолк, Лю Ян мгновенно напрягся, лихорадочно обдумывая услышанное: что значит «наследие уровня Зарождающейся Души больше не передаётся во внешний мир»?
— В буквальном смысле.
Сычун холодно усмехнулся. Поняв, что Лю Ян раскрыл истину, он перестал притворяться и выложил карты на стол. Следуя за ходом мыслей собеседника, он продолжил:
— Ведь после последней битвы одни из нас пали, другие бежали, а Средоточие Бессмертных разделили дочиста — исход предрешён. Кто же позволит кому-то ещё урвать свой кусок? Естественно: когда заяц убит, псов варят; когда птиц не осталось, лук прячут. Если наследие Зарождающейся Души продолжит распространяться, оно станет лишь источником смуты.
Эти слова подняли в душе Лю Яна настоящую бурю.
— Исход предрешён?
Как это возможно? Великое тысячелетнее испытание ведь только началось, откуда такая определённость? И когда вообще произошла эта «последняя битва»?
— Хм?
Уловив мысли Лю Яна, Сычун сменил тон на недоумённый: — Великое тысячелетнее испытание... только началось? Разве оно не закончилось пять тысяч лет назад?
— Закончилось?!
— Именно так, — голос Сычуна стал прерывистым и быстрым. — Последняя битва случилась сто двадцать девять тысяч шестьсот лет назад, когда мы состязались за право Превращения духа.
— В той схватке силы были равны, три на три. Но в решающий миг явился седьмой Владыка Дао и нарушил баланс. Двое моих собратьев позорно бежали, я остался прикрывать отход и пал... Разве всё было не так? Сколько же лет миновало?
Лю Ян застыл как вкопанный.
Огромный объём внезапно обрушившейся информации на мгновение ошеломил его. Впрочем, Лю Ян тут же подавил все лишние мысли и спустя долгое время глухо спросил:
— Кто был этим седьмым Владыкой Дао?
— Не знаю, — Сычун покачал головой. — Известно лишь, что он был лысым, а его ступень явно нестабильна — в его образах таилась поспешность, будто его взрастили искусственно...
Сомнений нет. Опять, мать его, Почитаемый Миром!
В этот миг Лю Ян тяжело выдохнул: — Раньше я ошибался... или, скажем так, мыслил недостаточно масштабно, ограничиваясь лишь Средоточием Бессмертных.
До сих пор он предполагал, что Почитаемый Миром — орудие, которое патриарх Святой Секты вырастил, чтобы противостоять владыкам Дао из Даосского двора и Павильона мечей. Возможно, патриарх действительно имел такой замысел, но если расширить перспективу до всего Внеземного Моря Света, картина кардинально меняется.
— Почитаемый Миром — седьмой Владыка Дао!
— Патриарх Святой Секты вырастил его в первую очередь для внешней защиты, чтобы дать отпор врагам, и лишь потом использовал для наведения внутреннего порядка.
Вполне в духе Святой Секты.
Пока инструмент не сломался — выжимай из него всё до капли.
Однако теперь многие прежние догадки приходилось отбросить. Самым важным был вопрос об отношении патриарха Святой Секты к развитию младшего поколения.
«Раньше я думал, что он его поддерживает».
Осознав это, Лю Ян почувствовал, как его охватывает могильный холод:
«Ведь патриарх вырастил Почитаемого Миром, вырастил Ан Сяо, а теперь добавилась Бессмертная Почтенная Великой Инь — как это может выглядеть как подавление?»
Но теперь эта картина внушала лишь леденящий ужас.
Ведь если патриарх Святой Секты на самом деле не желает появления новых владык Дао, то в чём тогда смысл существования Ан Сяо и Бессмертной Почтенной Великой Инь?
— ...Хм?
Внезапно ход мыслей Лю Яна изменился, и он уставился на Сычуна: — Погоди, что-то не сходится!
Под его пристальным взглядом Сычун оставался невозмутим и лишь с любопытством спросил: — Что именно?
Лю Ян нахмурился: — Раз я слышу твой голос, моя «добрая» старшая сестра не могла его не слышать. Неужели вы двое ни разу не общались?
Такое общение было неизбежно. Весть о том, что «патриарх Святой Секты не намерен растить новых владык Дао», стала бы для Бессмертной Почтенной Великой Инь громом среди ясного неба — идеальный способ вбить клин между ними. Обладая чутьём владыки Дао, Сычун просто не мог не использовать такой козырь.
Но если они говорили...
Тогда почему патриарх всё же ухитрился загнать его сюда, а Бессмертная Почтенная Великой Инь приняла этот «дар» без малейших колебаний, будто между ними нет никаких тайн?
И что ещё важнее —
— Ты просишь меня помочь тебе освободиться.
Взгляд Лю Яна, прикованный к Сычуну, становился всё мрачнее: — ...Но что именно тебя держит? Не моя ли дорогая сестрица?
С самого начала этот Сычун лгал!
Он прикидывался, будто ничего не знает о настоящем мире, но пока здесь находится Бессмертная Почтенная Великой Инь, он просто не может пребывать в неведении!
Все его речи — лишь наживка.
В них наверняка есть доля неоспоримой истины, но она густо перемешана с ложью. Девять частей правды на одну часть лжи — высший пилотаж обмана.
Что здесь правда? А что — вымысел?
Лю Ян лихорадочно соображал, даже не пытаясь скрыть мыслей от Сычуна. Напротив, ему нужно было постоянно думать, чтобы подавить определённые мысли в подсознании.
«...»
Сычун разглядывал Лю Яна. Его лицо по-прежнему оставалось размытым, но тон изменился: — Я действительно пленён Великой Инь.
— Однако она лишь страж.
Он проигнорировал сомнения Лю Яна, предпочтя подбросить ещё информации: — Тот, кто на самом деле заточил меня — седьмой Владыка Дао, о котором я говорил. Ты называешь его Почитаемым Миром? Именно он явился после моей смерти, расчленил меня, запечатал мои чувства и отсёк всякую возможность возрождения.
— Иначе зачем, по-твоему, я создал Небесную Обитель?
— Чтобы нести Всеобщую милость ко всем живым существам?
В голосе Сычуна прорезалась жгучая ненависть: — Я воздвиг Небесную Обитель, чтобы исцелиться. Мне должно было хватить нескольких десятков тысяч лет для восстановления.
— Но я просчитался.
— Этот лысый... Почитаемый Миром каким-то образом отыскал мои останки, а я тогда был слишком слаб, чтобы сопротивляться.
— Он вырвал мои глаза, уши, нос и рот, наложил печати и даже оставил этот проклятый Закон Духовной Платформы, чтобы шаг за шагом разъедать мою плоть. Я пытался бороться: пять тысяч лет назад я взрастил Избранника небес, надеясь его руками вернуть себе жизнь.
— Но результат оказался плачевным.
— Избранник небес был убит, а мое существование раскрыто. Осознав, что я еще не окончательно мертв, Изначальный Святой прислал Великую Инь, чтобы она стерегла мои оковы по сей день.
Сычун наконец замолчал.
История выглядела стройной и логичной, Лю Ян не сразу нашёл в ней изъяны, но это вовсе не означало, что всё сказанное — правда.
Где-то здесь точно таится обман!
Нахмурившись, Лю Ян продолжил: — Помочь тебе освободиться... Как именно?
— Это просто!
Сычун поспешно заговорил: — Мои глаза, уши, нос и рот скованы. Я уже почти сорвал часть цепей, но пять тысяч лет назад пришла Великая Инь и укрепила печати. Она превратила их в четыре Тайных Царства, охранять которые поручила четырем бессмертным владыкам на средней стадии Золотого Ядра...
— О? — Лю Ян удивлённо вскинул бровь.
Он мгновенно вспомнил о четырёх уцелевших бессмертных владыках Небесной Обители. Цинъян, представляя их, упоминал их владения:
Зеркало солнца и луны — Бессмертный Владыка Ду Сюань.
Небеса чистоты — Бессмертный Владыка Небесного Счёта.
Место проповеди дхармы — Бессмертный владыка Совершенствующий Речь.
Зал Духовных Механизмов — Бессмертный Владыка Светлого Зала.
— Солнце и луна — очи, небесная чистота — слух, проповедь — уста, механизмы — дыхание... Глаза, уши, рот и нос. Надо же, так вот оно что!
Тем временем Сычун вкрадчиво добавил:
— Твоя помощь будет выгодна и тебе самому.
— Изначальный Святой беспощаден, а Великая Инь намного сильнее тебя. Тебе не выжить в одиночку. Лучше сотрудничай со мной — только так у тебя появится шанс на спасение.