Поразительная мудрость, плетение Плода Просветления!
В мгновение ока Бессмертный Владыка Ду Сюань уже нанес удар.
В его глазах Патриарх Тинъю был лишь ничтожным последователем внешнего пути; тратить на него даже слово казалось пустой потерей времени, а слушать его голос — осквернением слуха.
В следующий миг он властно указал пальцем вперед.
От этого жеста небо и земля вспыхнули безмерным сиянием, в котором развернулись тысячи пейзажей и отразились в глазах Патриарха Тинъю.
«Как быстро!»
Множество образов слились воедино, воплотившись в белоснежный палец, опускающийся с небес.
Патриарх Тинъю же застыл в оцепенении, не в силах ответить; он стоял неподвижно, позволив Бессмертному Владыке Ду Сюаню коснуться пальцем его межбровья.
— Бах!
В тот же миг слои пустоты сокрушились, и густая сеть трещин, начав бег от кончика пальца Владыки, расползлась по всему телу Патриарха Тинъю, рассекая духовное воплощение и сокрушая душу. Ему не оставили ни шанса на ответ, а ужасающий блеск Великого Яна был готов испепелить любое Божественное Чудо.
Однако мгновение спустя брови Бессмертного Владыки Ду Сюаня плотно сошлись на переносице.
«Ощущение неправильное...»
Чувство попадания отсутствовало. Ослепительный блеск Великого Яна и величественная магическая сила, способная на Разрушение Пустоты, словно обрушились на комок ваты.
В то же время Патриарх Тинъю уже сложил пальцы в магическом жесте.
На кончике его пальца затеплился чистый свет, внутри которого колыхалось море туманных миражей, непрестанно порождая и сменяя разнообразные Образы.
Это были Небеса безмятежности!
Этот Плод Просветления управляет превращениями реального и мнимого. Его Божественное Чудо изначально предназначалось лишь для уклонения от бедствий и не обладало атакующей мощью, будучи узкоспециализированным Плодом.
Поэтому с момента обретения Дао Патриарх Тинъю почти не вступал в прямые схватки, ограничиваясь изматыванием противника. Но это не значило, что он забросил искусство боя — видя, как положение Лю Яна становится все тяжелее, он не мог позволить себе стоять на месте.
Поэтому он неустанно вел свои изыскания.
Десятки лет с момента обретения Небес безмятежности он посвятил исследованиям, а прибыв в Небесную Обитель, внимательно изучал все чудесные возможности, открывшиеся Лю Яну.
Карту Открытия Пути он тоже изучал.
Плод Просветления Денег он тоже исследовал.
Море Страданий он тоже использовал как опору.
Даже от поглощенного Лю Яном Плода “Высеченный на Небесах” он сумел урвать крупицы знаний, чувствуя, что сила Высеченного на Небесах прекрасно сочетается с его Небесами безмятежности.
Но решающий шаг был сделан здесь, на девятом уровне. Взирая вниз на Небесную Обитель, ставшую плотью Сычуна, и сопоставляя увиденное с видениями Карты Открытия Пути, Патриарх Тинъю обрел глубокое озарение и наконец завершил свой труд.
— Пусть плод еще не созрел, но попробовать стоит...
С этими словами Небеса безмятежности на кончике его пальца начали меняться: туманные миражи обрели плотность, являя миру новые очертания.
То был Плод Просветления.
Взгляду предстал Плод, подобный исполинскому древу, чьи ветви раскинулись, неся Затмение Солнца. Увидь это Лю Ян — он бы лишился дара речи.
Дерево великого леса!
Все верно, то, что сейчас воплотили Небеса безмятежности, было Деревом великого леса, принадлежащим Ан Сяо!
Этот образ был создан путем заимствования части сути Высеченного на Небесах в сочетании с собственным пониманием Дерева великого леса; он был выведен и построен буквально из ничего.
Конечно, до этого момента все было подделкой.
Лишь бессмысленный иллюзорный облик.
Однако когда на него пала великая сила Небес безмятежности, эфемерное Дерево великого леса начало постепенно материализоваться!
В тот же миг Бессмертный Владыка Ду Сюань оцепенел.
— Что я только что сделал?
Заминка длилась лишь миг, и в следующую секунду воплощенное Патриархом Тинъю Дерево великого леса с грохотом рассыпалось — ведь он не был истинным Верховным.
По сути, он лишь преобразовал образ Небес безмятежности в подобие Дерева великого леса. Его статус по-прежнему оставался на уровне внешнего пути, не достигая истинного величия... Но даже так, едва коснувшись мощи высшего Плода Просветления, он достиг невероятного эффекта!
— Пш-ш!
В момент замешательства Владыки Ду Сюаня Патриарх Тинъю уже мягко прижал ладонь к его груди, и в центре его ладони вспыхнул яростный огонь.
В то же время.
Внутри Небес безмятежности осколки Дерева великого леса не исчезли, а стремительно преобразились: из бушующего моря тумана внезапно вынырнуло палящее солнце.
Небесный огонь!
В отличие от Дерева великого леса, явленный Небесный огонь был куда более реальным. Если первое он лишь наблюдал, то со вторым работал лично: когда Лю Ян даровал ему титул, Владыка тайного мрака темной столицы изначально вобрал свет Небесного огня.
«Лишение!»
В этот миг пламя в ладони Патриарха дрогнуло, и в нем проступили символы и знаки великого пути, сумев на деле воссоздать шестьдесят процентов мощи Небесного огня.
Бессмертный Владыка Ду Сюань смотрел на это, пораженный до глубины души, и в его сердце закрался ужас:
— Высший Плод просветления? Что?!
В тот же миг сияние Великого Яна на теле Владыки начало гаснуть; захваченное Патриархом Тинъю через Лишение, оно обернулось против собственного хозяина.
Впрочем, он быстро вернул себе самообладание.
В следующее мгновение в глазах Ду Сюаня вспыхнул величественный свет, и из его зрачков вырвался золотой колокол. Словно объятый пламенем, он оглушительно зазвенел:
Божественный звук небесной столицы!
— Дон-н-нг!
Мощный звон разнесся вокруг, и в пространстве его действия образ Холодной воды великого ян пробудился на пределе сил, сокрушая все законы и заставляя Патриарха Тинъю отступить.
Очевидно, Бессмертный Владыка Ду Сюань пришел в ярость.
Его былое спокойствие испарилось, лицо покраснело от гнева: только что ему пришлось прибегнуть к Запретному Закону!
Если об этом узнают, его былая слава будет растоптана — поэтому теперь его взор был переполнен жаждой убийства.
Патриарх же оставался совершенно невозмутим и даже выглядел довольным:
«И впрямь работает... Внешний путь, Плод Просветления внешнего пути тоже можно возвысить! Пусть Плод — это замкнутая система, неспособная к росту... но можно найти иной путь».
Метод был прост.
Раз нельзя добавить новые образы внутрь самого Плода, почему бы не создать внешнюю оболочку? Сделать Плод частью более масштабной системы!
«Вот так...»
Облик Патриарха Тинъю стал предельно серьезным; сейчас он походил не на культиватора, а скорее на ученого или исследователя.
Он препарировал Плод Просветления!
Он ставил эксперимент!
«Путь далек и тернист, но я буду искать истину и в небесах, и в бездне...»
С этой мыслью жесты Патриарха Тинъю вновь изменились. В Небесах безмятежности забурлил туман, и один за другим начали возникать новые Образы.
Дерево великого леса, Вода источника.
Земля на Стенах Города, Золото украшений.
Небесный огонь.
Эти воплощенные Плоды были крайне призрачны и лишены опоры; одних лишь Небес безмятежности не хватало, чтобы совершить их превращение в пустоту и наделить реальностью.
«Хм... не беда».
В следующий миг Патриарх Тинъю поднял голову. Повинуясь его воле, Море Страданий разверзлось, и колоссальные потоки воды образов хлынули к нему!
Не обладая Плодом Просветления Пустоты, для закалки воды Моря Страданий приходилось по крупицам отделять лишние образы, отсеивая сор ради сути. Это было крайне медленно, но сейчас Патриарх Тинъю своей поразительной мудростью насильно преодолел этот изъян!
Скорость закалки воды Моря Страданий у всех разная.
Если Лю Яну на одну порцию воды требовалось время горения одной ароматической палочки, то Патриарху Тинъю хватало одного вдоха!
«Грохот!»
В этот миг, под действием воды Моря Страданий, все воплощенные Патриархом Тинъю Плоды вырвались наружу, а затем все вместе устремились в его тело.
Все Пять стихий в полноте!
В одно мгновение Патриарх Тинъю исчез — его изначально слабый статус внешнего пути вдруг взметнулся ввысь, позволив ему обратиться в огромный силуэт, затмевающий небо и землю.
Следом этот силуэт обрушил вниз указующий перст.
Увидев это, Бессмертный Владыка Ду Сюань окончательно оцепенел, не в силах вообразить, что презираемый им Истинный Владыка Внешнего Пути способен на подобное.
Это ведь ложь?
— Бум!
В следующую секунду резкая боль, пронзившая всё тело, заставила его отбросить лишние мысли. В его душе смешались ярость и невольное восхищение — происходящее было за гранью понимания.
«Это действительно правда!»
«Неужели под небесами есть столь исключительные люди?!»