Исследование изменений Неба и Человека. Внезапное пробуждение!
В то самое время, когда Цзи Сюнин «обретал чудесную встречу», Лю Ян уже прибыл в самое процветающее место Тяньцзина, где собиралось наибольшее число воинов.
Академия Великого духа.
Это место, владеющее свитком Небесной книги и открывшее Четвертый шаг пути воина, ныне негласно превзошло даосизм и буддизм, став священной обителью Пути Воина.
Однако странность заключалась в том, что с тех пор, как был открыт Четвертый шаг пути воина и метод его достижения широко распространился в поднебесной, наставник Академии Великого духа, «Книжник со святым сердцем» Ван Боюань, постепенно перестал появляться на людях. Он вел все более затворнический образ жизни, и теперь даже высшему руководству академии было трудно его встретить.
— Какое славное сокровище фэншуй.
Чтобы не привлекать внимания, Лю Ян развеял свою телесную оболочку, обратившись в сгусток незримого эфира, и с интересом осматривал Академию Великого духа.
В его глазах эта академия была местом, где сама земля рождала таланты.
Во всем Тяньцзине лишь здесь духовная энергия лилась через край. Даже обычный человек, проучившись здесь несколько лет, обрел бы крупицы мудрости и остроту ума.
Но еще чудеснее было то, что это не было творением природы. Весь ансамбль академии — от расположения каждого зала до цветов, птиц, рыб и насекомых в садах — возводил мирское искусство фэншуй в абсолют, становясь прообразом Массива Сосредоточения Духа!
Лишь по этому признаку Лю Ян понял: «Книжник со святым сердцем» определенно обладает глубокими познаниями.
С этой мыслью Лю Ян сделал шаг и мгновенно оказался в глубине академии, в кабинете, намереваясь встретиться с этим знаменитым местным уроженцем.
И тут же он замер в изумлении от увиденного.
Ибо человек в кабинете вовсе не походил на прекрасного ученого с веером из перьев, которого Лю Ян себе представлял. Перед ним сидел неряшливый мужчина с всклокоченными волосами, беспрестанно прихлебывающий вино.
И это — тот самый «Книжник со святым сердцем»?
В этот миг неряшливый мужчина внезапно поднял голову и затуманенным от хмеля взором посмотрел точно туда, где стоял Лю Ян: — Не думал, что ко мне заглянет столь дорогой гость.
— ...
Одним движением мысли Лю Ян вновь собрал свою форму, превратившись из незримого эфира в плоть, и сложил руки в приветствии перед неряхой: — Лю Ян приветствует даоса Вана.
— Боюань приветствует высокого гостя.
Мужчина ответил поклоном, затем отряхнул рукава и поднялся, не скрывая восхищения: — Ваши способности необычайны. Ваша битва с Князем-Усмирителем Воинственности Чанкуном заставила меня узреть в вас небожителя. Я не раз думал, что в мир сошел истинный бог... Но зачем же вы искали меня?
— Я желаю обсудить с тобой Дао Неба и Человека.
Лю Ян перешел сразу к делу: — Исследование изменений Неба и Человека на Четвертом шаге пути воина... Хотя у меня есть понимание, я никак не могу ухватить суть. Прошу тебя, поделись опытом.
Ван Боюань удивленно моргнул: — С вашим-то могуществом вы все еще интересуетесь Путем Воина?
— Камнем с чужой горы можно отполировать свою яшму.
Лю Ян спокойно спросил: — Готов ли ты обучить меня?
Услышав это, Ван Боюань расхохотался: — Пришедший — гость, тем более столь почетный! Раз вы желаете учиться, я расскажу все, что знаю, без утайки!
— Однако пути Небожителей многогранны, как сотни расцветающих трав. Они рождаются из понимания воином Неба, Земли и самого себя. Я не смогу описать это во всех деталях, лишь кратко изложу свой метод. Если останутся сомнения — спросите у других Небожителей.
С этими словами они сели друг против друга.
— Четвертый шаг пути воина я называю «Исследованием изменений Неба и Человека». Как следует из названия, это использование собственной силы, чтобы сдвинуть мироздание, и человеческой воли, чтобы узреть Небесные Тайны!
— Мое «Искусство наблюдения за удачей» зиждется на этом, и в нем заключено Изменение Трех Начал.
— Три Начала — это Небо, Земля и Человек. Сначала смотришь на человека, познавая его лик. Затем на землю, познавая фэншуй. И наконец на Небо, познавая Небесную судьбу! Эти три звена неразрывны!
— Через человека — к земле, через землю — к небу, через небо — к удаче... На моем уровне, не выходя из дома, можно знать о переменах в мире. Видеть судьбу государства: где зреет беда, где вспыхнет бунт, где чиновники бездействуют, а где власть имущие наживаются на народе. Почти все это я могу узреть.
— И хотя ошибки случаются, в семи-восьми случаях из десяти я попадаю в цель.
К удивлению Лю Яна, Ван Боюань действительно не стал ничего скрывать, полностью раскрыв суть Искусства наблюдения за удачей. Его изменения затрагивали даже вопросы кармы!
Конечно, это не было истинным исчислением причин и следствий.
Строго говоря, Ван Боюань лишь «угадывал». Он не мог предвидеть детали, лишь общие очертания и ключевые события.
Но даже так это было поразительно!
Как он этого добился?
Видя сомнения Лю Яна, Ван Боюань покачал головой: — Скажу честно, однажды на меня просто снизошло озарение. Никаких обходных путей или хитростей.
— Вот оно как.
Лю Яну оставалось лишь кивнуть. Они беседовали еще несколько часов, после чего он откланялся, намереваясь навестить других Небожителей.
В то же время в Резиденции семьи Вэй.
Старый Предок Семьи Юнь открыл Глаз дхармы, безмолвно наблюдая за всей беседой Лю Яна и Ван Боюаня, после чего отвел взор, оставшись совершенно бесстрастным.
— Демонический Повелитель... Как же он невежественен.
Его не интересовали откровения Ван Боюаня, ибо никто не знал лучше него: эти озарения были дарованы книжнику лишь потому, что он сам, Предок, коснулся нитей кармы!
Это не было истинным знанием причин и следствий, лишь «методом догадок» смертного. Старый Предок Семьи Юнь лишь холодно усмехнулся: «Обсуждаешь Дао с Небожителями? Надеешься на моем фундаменте сделать Пятый шаг и вернуть Путь Воина в истинное русло?»
Пустые мечты!
Ведь именно он, манипулируя кармой, позволил Ван Боюаню создать Четвертый шаг, подняв предел воинов до Великого Совершенства Конденсации Ци. Это и был абсолютный потолок.
Ибо выше — только Заложение Основания!
А разве мог Лю Ян сам создать метод Заложения Основания? В глазах Старого Предка действия Лю Яна были бессмысленной суетой.
По расчетам Предка, нынешние методы Небожителей уже отравили практику Вора-Мудреца Лю Яна. Единственный способ прорваться — убить всех Небожителей и запретить их учения. А сам Предок должен уничтожить Клона Лю Яна, вынудив истинное тело явиться лично.
Так Лю Ян сам шагнет в расставленную ловушку.
С этой точки зрения Ван Боюань был лишь пешкой в игре Старого Предка Семьи Юнь.
К пешкам Предок интереса не питал. То, что казалось Лю Яну гениальным, для него не стоило выеденного яйца.
Даже к самому Лю Яну, несмотря на всю серьезность противостояния, Предок в глубине души питал презрение.
Ибо, в конечном счете, все они были лишь смертными.
«С Небесным Астролябием, дарованным главным наставником, даже Истинный человек Заложения Основания не заметит моего присутствия. Что же может сделать какой-то жалкий смертный?»
Покинув Академию Великого духа, Лю Ян вновь обратился в незримый эфир, скользя по улочкам Тяньцзина и осмысливая беседу с Ван Боюанем.
«Искусство Созерцания Удачи Трех Начал»...
За десятки тысяч ли истинное тело Лю Яна открыло глаза. Нимб за его головой вспыхнул ярким светом, Драгоценный реестр Тайвэй пришел в движение, безмолвно просчитывая перемены в Тяньцзине.
Отклик кармы гласил: все в порядке.
«В ближайшие тридцать лет Тяньцзин будет в безопасности, в карме нет никаких сдвигов. Это логично, ведь город охраняют двое Небожителей пути воина...»
Внезапно Лю Ян сменил подход. Он перестал просчитывать карму Тяньцзина целиком в «масштабе макромира», а применил логику «наблюдения за удачей» Ван Боюаня — начал с обычных жителей, вычисляя личную карму каждого, чтобы через Изменение Трех Начал реконструировать карму Неба и Земли.
Он сделал это лишь для того, чтобы проверить теорию Искусства наблюдения за удачей.
Однако в следующее мгновение Лю Ян оцепенел.
«Лавка завтраков на восточной улице, семья Ван Эрню из трех человек... Согласно Драгоценному реестру Тайвэй и методу наблюдения за удачей, их ждало процветание и множество внуков, но сейчас над ними — Великое испытание насильственной смерти...»
«Патрульный страж Чэнь Цин... Великое испытание насильственной смерти».
«Ли Чэнжун — Великое испытание насильственной смерти».
«Лю Синьшан — Великое испытание насильственной смерти».
Смерть! Смерть! Повсюду смерть!
Почти каждый, кого Лю Ян видел в Тяньцзине, нес на себе печать насильственной гибели, но в масштабах всего города общая картина судьбы оставалась незыблемой!
Как такое возможно?
Если бы всем жителям города грозила гибель, Тяньцзин давно бы окутали черные тучи бедствия, и Лю Ян, верный своей осторожности, ни за что бы к нему не приблизился...
«...Нет, не так!»
В один миг зрачки Лю Яна резко сузились!
Через малое познается великое. По человеку можно вычислить Небо. Один может ошибиться, но если десять, тысяча, десять тысяч показывают одно и то же — значит, ошиблось само Небо!
«Небесные Тайны и карма ослеплены... Проклятье, в этом Тайном Царстве есть Истинный человек Заложения Основания, который задумал меня извести?!»
(Конец главы)