Пробуждение Со Хуаня, идеальная поддержка
Небесная Обитель, девятый уровень.
Под сенью лавра восседала Бессмертная Почтенная Великой Инь, скрестив ноги. Позади неё разверзлось Море Страданий, и из пучины вод в десять тысяч чжанов медленно поднимался Великий Путь.
Однако процесс давался с великим трудом. Даже при глубоком совершенствовании Бессмертной Почтенной Великой Инь она была изнурена до предела — её силы едва удавалось удерживать в узде. Спустя мгновение хрупкое тело задрожало, покрывшись испариной, брови плотно сдвинулись, и лишь когда Великий Путь окончательно стабилизировался, она смогла облегченно вздохнуть.
— Годы тяжких трудов... Наконец-то всё не напрасно.
Бессмертная Почтенная Великой Инь выдохнула нежный аромат, размышляя про себя: «Стоит лишь вплавить этот обрывок пути в Деньги, и я взмою в небеса единым рывком».
Затем её взор обратился вдаль, к Татхагате Ачале из Мира Ваджры.
«Жаль только, что Глаза, Уши, Нос, Язык и Тело Сычуна были уничтожены взрывом, а соответствующие Плоды Просветления развеялись. Кто знает, сколько времени уйдет на то, чтобы собрать их вновь».
Если бы не это обстоятельство... Она правила Небесной Обителью почти пять тысяч лет, практически полностью пропитав Шесть Ци и двадцать четыре Плода Просветления влиянием Денег. Стоило лишь добавить обрывок пути, и она могла бы немедленно начать прорыв к заветному титулу Владыки Дао.
В таком случае у неё был бы хотя бы один шанс из десяти.
Однако после того, как Сычун подорвал Глаза, Уши, Нос, Язык и Тело, все Плоды Просветления, кроме Великой Инь, были разрушены. Начинать прорыв сейчас — значило иметь меньше половины процента на успех.
При этой мысли Бессмертная Почтенная Великой Инь невольно поджала губы:
«Младший брат...»
Если бы Лю Ян не устроил этот хаос, разрушив её планы, дело бы никогда не дошло до такого; в её сердце смешивались восхищение и ярость.
«Ладно, будь что будет. Сейчас остается только ждать».
Бессмертная Почтенная Великой Инь глубоко вдохнула, быстро подавляя эмоции. Она ждала так много лет — еще один срок не имел значения.
Затем она вновь взглянула на Татхагату Ачалу из Мира Ваджры.
Тот восседал на лотосовом троне с безмятежным лицом. Руки сложены в молитвенном жесте, губы беззвучно шептали каноны, а буддийское сияние за головой обратилось в драгоценное колесо, медленно вращающееся в пустоте.
Казалось, он занимался неким божественным исчислением.
Спустя долгое время великий Будда открыл глаза, и в них отразилось недоумение:
— Лю Ян, Духуань, истинный владыка Святой Секты... Хорошо, очень хорошо. Не ожидал, что этот человек скрывает столь великую тайну. Сколько бы я ни вычислял, я не могу отыскать его карму.
— Куда же он исчез?
Для Татхагаты Ачалы из Мира Ваджры это было немыслимо, ведь среди Просветленных Тел Почитаемого Миром он занимал одно из высших мест.
Как правило, чем сильнее просветленное тело и чем выше его ранг, тем больше воспоминаний и знаний оно наследует от Почитаемого Миром. Обладая статусом, сравнимым с Великим Истинным Владыкой, он видел Море света иллюзорного мрака почти насквозь — ничто не могло укрыться от его взора и расчетов.
«Неужели... замешан Владыка Дао?»
При этой мысли Татхагата Ачала из Мира Ваджры вздрогнул: «Может ли быть, что тот из Святой Секты проявил милосердие и спас его?»
«Да нет, вряд ли».
Мгновение Татхагата Ачала из Мира Ваджры пребывал в нерешительности, но в конце концов тяжело вздохнул и прекратил преследование Лю Яна.
Любая мелочь, касающаяся Владыки Дао, превращается в дело огромной важности.
Лучше не копать.
А то вдруг и вправду что-нибудь обнаружится.
Затем он покосился на Бессмертную Почтенную Великой Инь. Его лицо осталось бесстрастным, но в душе он усмехнулся: «Всего лишь мотылек, летящий на пламя».
Строить козни тысячи лет ради одного шанса из десяти.
И с таким багажом желать стать Владыкой Дао?
Это просто поиск смерти!
«Тем более что последнее Наследие Владыки Дао в этом мире было уничтожено Почитаемым Миром еще сто двадцать девять тысяч шестьсот лет назад. С чего бы ему достаться какому-то практику снизу?»
Мир Великого Императора.
Лю Ян сидел в пустоте, пока Знамя Праведного Пути развевалось на ветру. На полотнище знамени юноша с прямой спиной медленно открыл глаза и выдохнул мутную струю воздуха.
— Поздравляю, собрат-даос Со Хуань.
Увидев это, Лю Ян искренне улыбнулся и сложил руки в приветствии: — В этом постижении Дао ты очнулся последним. Полагаю, улов весьма велик.
— Не стоит насмешек, — неловко отмахнулся Со Хуань.
— Это моё понимание ограничено, потому я и проснулся позже всех... Однако, как и сказал собрат, я действительно кое-что обрел.
С этими словами Со Хуань раскрыл ладонь. В ней собралась мерцающая Вода источника, отражая небесный свет. Это была основная сокровенная чудесность Совместного пиршества — способность принимать чужие раны, исцелять плоть и восстанавливать магическую силу. Но сейчас в этой чудесности проступили новые перемены.
— Хм? Это...
Лю Ян опешил. Он почувствовал тень угрозы, исходящую от этой сокровенной чудесности Плода Просветления, которая раньше была чисто вспомогательной. В его глазах вспыхнул интерес.
— Это иная грань Совместного пиршества.
— Раньше эта чудесность позволяла принимать чужие раны на себя. Теперь же я могу наложить её и на невредимое тело, чтобы «принять» его целостность себе.
Лю Ян вскинул бровь: — Если ты заберешь целостность, что станет с тем, у кого ты её «одолжил»?
Лицо Со Хуаня стало странным, он хихикнул: — Разумеется, он получит раны... Сколько я заберу, столько ран он и обретет.
— Ого.
Лю Ян мгновенно осознал всё коварство этого метода. Какое там «одолжить целостность» — это же чистая перепродажа своих ран другому!
Настоящий «доспех возмездия».
С такой поддержкой Со Хуань превращался в ежа: бить его — значит бить самого себя. К нему просто невозможно подступиться, одна головная боль!
Но что еще изящнее — бить других тоже бесполезно. Он может забрать раны союзника на себя, а затем использовать невредимое тело врага, чтобы исцелиться. В итоге враг изранен, а свои — как новенькие. С точки зрения поддержки это было безупречно!
— Всё не так просто, — покачал головой Со Хуань.
— С моим нынешним уровнем я не могу забирать целостность из ниоткуда. Нужно провести в бою некоторое время, чтобы собрать энергию противника, и только тогда применять.
— Это я возьму на себя! — рассмеялся Лю Ян. — Собрат только что вышел из затвора, ступай в Знамя Праведного Пути, чтобы укрепить энергию. Или можешь войти в Желтый Двор — поможешь мне разобраться с Образом воды.
— Желтый Двор? — Со Хуань проявил любопытство.
— Это моё недавно выкованное истинное сокровище.
Лю Ян коснулся межбровья, и оттуда разошлись круги радужного света. Сияющая точка стала еще ярче, словно внутри вращалась Великая тысяча миров.
— Заходи, собрат, осмотрись.
Со Хуань кивнул: — Что ж, хорошо.
Он обратился в луч света и канул в Желтый Двор. Лю Ян удовлетворенно кивнул — предвкушение росло.
«Желтый Двор завершен. С помощью Патриарха Тинъю, Наставника и собрата Со Хуаня я смогу шаг за шагом восполнить его и взрастить мощь. Если случится перезапуск, я во что бы то ни стало должен забрать Желтый Двор с собой — нужно лишь найти надежный способ...»
Внезапно сердце Лю Яна дрогнуло.
В хаосе нет счета годам. Прошла лишь краткая медитация, а пролетел целый год; в Мире Великого Императора же сменились десятки тысяч весен.
В этот миг Лю Ян наконец почувствовал, как в Мире Великого Императора из пустоты возникла чудесная энергия.
«Путь к бессмертию открыт!»
Лю Ян вскинул голову. В его глазах сошлись Мириады Сияющих Лучей, пронзая звездное море. Прямо там, где возникла энергия, он узрел величественные врата.
— Ждали вечность, и наконец этот день настал!
— Путь к бессмертию открывается!
— В бой!
Почти одновременно во всем Мире Великого Императора в каждой запретной зоне пробудилось божественное сознание. С ликованием и благоговением древние практики обратили взоры к вратам.