Хунъюнь, неужели это и вправду ты?
Заморские земли, уединенный островок в Мире Культивации Лазурного Солнца.
«И впрямь началось».
Лю Ян сохранял спокойствие. Подняв взгляд к Небу, он до предела сокрыл присутствие, отчего на первый взгляд казался неотличимым от простого смертного. Лишь в глубине разума проносились тысячи мыслей.
Мотивы Му Чаншэна были предельно просты.
Раскрыть Ан Сяо, досрочно обнародовать тайну Земли Чэнь и превратить его во врага всей Поднебесной — всё ради того, чтобы обеспечить себе решающее преимущество.
— Всё шло в точности по его плану.
«Руками Му Чаншэна я раскрыл часть тайн Ан Сяо, сделав его мишенью для всех, и при этом сам остался в тени».
В конце концов, решение разоблачить Ан Сяо принимал не он, и даже намеков не давал. Все действия были личной инициативой Му Чаншэна. Как ни вычисляй, проявится лишь карма самого Му Чаншэна — выйти на след истинного зачинщика невозможно.
«Вот что значит быть настоящим тайным кукловодом!»
«Сражайтесь, деритесь, пусть мир содрогнется и небеса обрушаться. Вынудите Ан Сяо раскрыть козыри, чтобы в нужный миг я смог нанести решающий удар».
Внутри Небес Небытия.
Ан Сяо стоял, заложив руки за спину. Лицо застыло в суровой маске, а вокруг бушевал бескрайний океан, сотканный из обрывков воспоминаний, плотно смыкавшийся вокруг него.
— Десять Тысяч Чжанов Красной Пыли, переплавка!
За пределами океана Му Чаншэн сложил печати и произнес заклинание, мгновенно всколыхнув бушующие воды. Бесчисленные образы безумным потоком хлынули в Мысль Божественной Души Ан Сяо.
То был личный опыт Му Чаншэна, итог долгого пути: обыденность и пылкая страсть, гнев и скорбь, отчаяние... Каждая картина была пропитана запредельными эмоциями, которые, вливаясь в Мысль Божественной Души Ан Сяо, отравляли его чувства.
Постепенно выражение лица Ан Сяо изменилось.
Эти образы, словно острые клинки, прицельно рассекали эмоции, вытесняя волю и выжигая Мысль Божественной Души добела.
Таков был иной способ применения Небес Небытия.
И в то же время — метод, о котором многие когда-то догадывались: втиснуть воспоминания «Му Чаншэна» в чужое Море сознания, превратив жертву в еще одного Му Чаншэна.
В своих прошлых жизнях Му Чаншэн ни разу не прибегал к этому методу.
Не потому, что не хотел, а потому, что не мог: сердце Дао не выдержало бы подобного. Однако теперь Лю Ян восполнил этот изъян.
Заполучив метод захвата тела из Книги Закона о Порядке Жизней, Му Чаншэн без колебаний оставил душу, похищенную патриархом Святой Секты. Он нацелился на Мысль Божественной Души Ан Сяо — её качество было несравненно выше, а значит, и перспективы открывались куда более заманчивые.
Безусловно, в этом крылся замысел Лю Яна.
Му Чаншэн не слишком противился этому. По сути, он просто плыл по течению: для приличия немного посопротивлялся и в итоге принял предложенное.
Однако вскоре лицо Му Чаншэна изменилось.
Расчет был безупречен: использовать Изначальный Бич Дао в качестве наживки, заблокировать пространство силой Небес Небытия и, наконец, стереть Мысль Божественной Души Ан Сяо.
От начала и до конца не возникло ни единой оплошности.
Была лишь одна проблема: он недооценил Ан Сяо.
Хотя он и старался просчитать всё наперед, оценив Ан Сяо чрезвычайно высоко, этой «высокой оценки» всё равно оказалось недостаточно.
— Закалка сердца в мирской суете?
— Ничтожный путь!
Среди бесконечных образов воспоминаний Ан Сяо медленно заговорил. Облик был непревзойденным, а могучая воля наполнила голос безграничным давлением.
Океан воспоминаний, порожденный Небесами Небытия, был по-настоящему ужасен. Истинный владыка Золотого Ядра еще мог бы выстоять, опираясь на золотую сущность, но для простого культиватора этот океан становился смертным приговором. Стоило лишь коснуться его вод, и морок не отпустил бы до конца дней.
Однако Ан Сяо неукротимо двигался вперед.
Сквозь мириады картин и чужих чувств он перешагивал одним движением. Сердце Дао, очищенное от мирской пыли, сияло первозданным светом, непоколебимое, словно вековая скала.
Он стремился к Зарождающейся Душе, он искал Великий Дао.
Ни семь эмоций, ни шесть желаний, ни земные привязанности не могли его удержать — всё это оставалось далеко позади.
Увидев это, Му Чаншэн слегка изменился в лице. Он тут же сменил печати, мгновенно преобразив содержание воспоминаний. На сей раз всплыли бесчисленные трудности и опасности.
Справедливости ради, Му Чаншэн, будучи запасным ходом небес, не раз принимал вызов от сильнейших владык Поднебесной. Путь был полон страданий, и теперь он воплощал их одно за другим, обрушивая на Ан Сяо в надежде сокрушить Сердце.
Но Ан Сяо оставался непоколебим.
Те безвыходные ситуации и отчаяние, что когда-то терзали Му Чаншэна, Ан Сяо отвергал с презрением, словно дорожный мусор, просто растаптывая на ходу.
У него даже оставались силы для легкой усмешки:
— Младший, ты раскрыл свои карты. Метод совершенствования Сердца Дао... как любопытно. Это тот кукловод дал его тебе? Ты видел его лицо, слышал его голос?
Услышав это, Му Чаншэн дрогнул в душе.
Однако не успел он подобрать слова, чтобы обмануть Ан Сяо, как тот покачал головой: — Нет, с его осторожностью он бы точно не допустил ошибки.
— Ты наверняка его не видел.
— А если и видел, то это наверняка была иллюзия, показанная намеренно, чтобы через тебя ввести меня в заблуждение. Спрашивать тебя здесь не имеет никакого смысла.
Му Чаншэн: «...»
«Да почему ты говоришь таким тоном, будто вы с этим таинственным владыкой Святой Секты — старые знакомые? Вообще-то здесь и сейчас с тобой сражаюсь я!»
Му Чаншэн стиснул зубы и промолчал.
Теперь он тоже понял: Ан Сяо достиг уровня Совершенства Сердца Дао. Истинное «Я» было непоколебимо, и уловки Му Чаншэна на него совершенно не действовали.
И всё же — победа оставалась за ним.
— Грохот!
В следующий миг за пределами Небес Небытия раздался громовой рев бурлящего потока, заставивший Ан Сяо тяжело вздохнуть.
— Это та мегера...
Истинная владыка Фэй Сюэ!
Искажение Земли Чэнь мешало Чунгуану в поиске Золотого Ядра. Теперь, когда Му Чаншэн разнес весть повсюду, разгневанная Истинная Владычица Летящего Снега не могла не явиться.
А раз вмешалась Истинная Владычица Летящего Снега, он, естественно, больше не мог продолжать возиться с Му Чаншэном.
В этом и состоял план Му Чаншэна: если не выйдет захватить Мысль Божественной Души Ан Сяо силой, нужно тянуть время, пока тот не будет вынужден отступить.
— ...Цык.
Ан Сяо остановился и больше не атаковал созданные Му Чаншэном образы воспоминаний. В этом уже не было смысла — Истинная Владычица Летящего Снега вот-вот будет здесь.
Будь у него в запасе хотя бы время горения одной палочки благовоний, он бы прорубился сквозь Небеса Небытия и стер сознание Му Чаншэна в порошок!
Жаль, что этого времени у него не было.
Ан Сяо спокойно кивнул: — На этот раз я проиграл. Твои методы, собрат, весьма незаурядны. Что ж, пусть этот раунд останется за тобой.
Он признал поражение.
Конечно, он мог бы попытаться переломить ход событий, но затраты превысили бы любую выгоду. В такой ситуации разумнее было вовремя отступить.
— Но в следующий раз расставлять фигуры буду я.
С этими словами Ан Сяо по собственной воле извлек сознание, оставив Му Чаншэну пустую Мысль Божественной Души, и одновременно приготовился закрыть Врата преисподней.
Однако перед уходом он почему-то бросил взгляд на Небо.
У него было много догадок о Тайном Кукловоде, что вел эту игру. Противник знал его слишком хорошо — пугающе хорошо.
Но кто мог знать его так хорошо?
Обычно так глубоко его понимали либо близкие друзья, либо те, кого он в свое время жестоко подставил... Впрочем, большинство из первых быстро переходило во вторую категорию.
Поразмыслив над этим...
— Так называемый Тайный Кукловод... Хунъюнь, неужели это и вправду ты?