Объединиться с Ан Сяо?
В этот миг на лице Лю Яна не дрогнул ни один мускул.
Взгляд его не дрогнул ни на миг; он смотрел на Ан Сяо, стоявшего в десяти метрах, словно и вовсе не замечал его присутствия.
«Как же быстро он явился!»
Появление Ан Сяо было ожидаемым: в Мире Людей все еще оставался призрачный след, оставленный им когда-то при прохождении испытания.
Это означало, что Ан Сяо на самом деле знал об этом месте.
Проблема заключалась в том, что он не должен был прийти так скоро. Если Ан Сяо твёрдо вознамерился разобраться с Хунъюнем, ему сперва следовало отправиться на Небеса Семи Светил — не так ли?
Именно там кармическая связь с Хунъюнем была наиболее сильной.
«В обычном случае Ан Сяо должен был сначала проследить кармические нити Хунъюня, выйти на Небеса Семи Светил и, явившись туда, обнаружить лишь пустоту».
«Затем он продолжил бы поиски, но, так и не найдя Хунъюня, в конце концов вспомнил бы об Остаточном сознании небожителя и заглянул сюда. К тому моменту я уже давно переплавил бы Хунъюня, замел следы и, применив технику «Голубь занимает гнездо сороки», захватил тело какого-нибудь бродячего культиватора из Мира великого императора, надежно скрывшись».
Однако Ан Сяо прибыл слишком рано.
Более того, в следующее мгновение Лю Ян увидел, как Ан Сяо моргнул затуманенными дымкой глазами и вдруг зашагал прямо к нему.
— Дон! Дон! Дон!
Тяжелые шаги эхом разносились по Морю света иллюзорного мрака, но не вызывали ни малейшей ряби в Свете Инь и Ян рождения и угасания — словно все это было лишь наваждением.
На самом деле так оно и было.
Для окружающего Света Инь и Ян Рождения и Угасания Ан Сяо в этот миг попросту не существовал — лишь иллюзия, которую невозможно было ощутить.
«Звук шагов... что-то не так!»
«Он испытывает меня. Разве я должен слышать эти шаги? Если я их слышу, не выдам ли я тем самым свою способность чувствовать его присутствие?»
При этой мысли выражение лица Лю Яна сделалось ещё безмятежнее.
«Он меня подозревает!»
«Подозревает, что я и Хунъюнь связаны с Огнем светильника!»
В конце концов, лишь Огонь светильника, чья суть — «раскрытие тайн», способен видеть сквозь завесу неведения. Прояви Лю Ян такую способность — и для Ан Сяо это стало бы прямым саморазоблачением.
Подумав об этом, Лю Ян решился на отчаянный шаг.
Взгляд его оставался спокойным; он скользнул по фигуре Ан Сяо словно бы случайно — и тут же погасил Огонь светильника.
В тот же миг силуэт Ан Сяо исчез из его взора.
Однако в следующую секунду лицо Лю Яна изменилось.
Звук шагов не исчез после того, как он прервал восприятие Огня светильника; напротив, стал ещё отчётливее, гулко отдаваясь в Море света.
— Дон! Дон! Дон!
На этот раз Лю Ян больше не смог сохранять невозмутимость.
«Раскрыт...»
Он уже понял уловку Ан Сяо: тот с самого начала не скрывал звука шагов, и любой обычный человек должен был выказать удивление.
Однако он, терзаемый нечистой совестью, подсознательно заставил себя сохранять спокойствие.
В итоге это его и выдало. Слышать шаги и притворяться, что нет, — разве это не верный признак нечистой совести?
— ...Эх, от такого не защитишься.
Он демонстративно тяжело вздохнул, перестал скрываться и посмотрел прямо на Ан Сяо, чинно сложив руки в приветственном жесте:
— Приветствую вас, старший.
С этими словами Лю Ян активировал Облик Прошлых Жизней и, задействовав таинство Огня светильника, озарил сокровенные глубины, вновь явив фигуру Ан Сяо.
Лишь тогда Ан Сяо наконец заговорил:
— В присутствии собрата по дао я не смею зваться старшим.
— В конце концов, собрат, ты руками Хунъюня заставил меня пережить весьма болезненное падение. Теперь твоя культивация значительно возросла — похоже, прикончил Хунъюня, едва тот сослужил свою службу?
Услышав это, Лю Ян склонил голову набок: — Какого еще Хунъюня?
Не успел он договорить, как Ан Сяо уже атаковал. Всё Остаточное сознание небожителя содрогнулось под его яростью, и наружу хлынули потоки изумрудного света.
Куда ни кинь взор — всюду словно миллиарды древесных листьев.
Листья развернулись широким полотном, шурша при каждом движении; они цеплялись за ветви с мощью, способной обуздать ветер, и теснились у сучьев, вздымаясь ввысь, словно подпирая луну.
В этот миг перед взором Лю Яна осталось лишь Дерево великого леса, стремительно выросшее прямо перед ним. Все прочие мысли и намерения — желание применить технику, помысел о контратаке — словно стёрла невидимая рука, и разум его погрузился в полное оцепенение.
— Огонь светильника дает лишь малую толику превосходства над завесой неведения.
— В конце концов, это не высший Плод просветления. В настоящей магической битве тебе до меня далеко! Иначе в прошлом не я убил бы Хунъюня, а он меня!
Не успел голос затихнуть, как ладонь легко, словно пушинка, опустилась на грудь Лю Яна.
— Бах!
Раздался глухой удар, от которого тело Лю Яна на мгновение качнулось, — однако в следующий миг Ан Сяо издал озадаченный возглас.
Лю Ян остался цел и невредим.
Мощнейшая магическая сила, способная сокрушить Истинного Владыку Золотого Ядра и лишить душу возможности переродиться, ударила точно в цель — и словно канула в бездонную пропасть.
Мало того: влияние Дерева великого леса в тот же миг было полностью отсечено. Оцепенение спало, к Лю Яну вернулась ясность мысли, пустой взгляд вновь обрёл фокус — и, увидев Ан Сяо вплотную перед собой, он без лишних слов нанёс сокрушительный удар кулаком, вложив в него всю свою мощь!
— Грохот!
Удар был отнюдь не прост: грубая сила закалённого тела уподобилась Образу дао, и сметающая горы и моря мощь обрушилась прямо в лицо Ан Сяо!
В мгновение ока голова Ан Сяо откинулась назад!
Даже дымка, окутывавшая его, была вдребезги рассеяна этим ударом — и в сердце Лю Яна вспыхнул небывалый восторг, смешанный с тенью неверия.
«Я смог ответить?»
«Я не только выстоял против завесы неведения Ан Сяо, но и нашёл силы для контратаки...» При этой мысли Лю Ян едва не прослезился.
Наконец-то и мой день настал! Я выбился в люди!
Принцип, позволивший ему вырваться из ловушки, был прост: Посмертный облик среагировал сам собой, приняв на себя всю тяжесть атаки.
В этом и заключалось таинство его Дхармического Тела — Закона Изначальной Ци Трех Жизней!
Всякая атака отправлялась в Будущее.
Нынешний я — невредим!
Тем временем Ан Сяо, приняв удар, легко отступил на несколько шагов, замер и принялся пристально изучать противника.
Спустя мгновение он снова заговорил:
— Собрат, давай объединим силы.
— ...Объединим силы? — Лю Ян слегка приоткрыл рот от удивления.
Ан Сяо оставался невозмутим и спокойно произнёс: — Именно. Ведь сейчас ты, как и я, стал мишенью для всех — нам самое время объединить усилия.
Услышав это, Лю Ян медленно нахмурился.
Ощущение было крайне странным.
Как бы это сказать... Ан Сяо казался предельно спокойным — и не притворно, и не через силу сдерживая ярость, а по-настоящему хладнокровным, почти лишённым гнева.
«Но он не должен быть настолько спокойным».
«Из-за моих интриг он лишился Подземного Царства и утратил свой ранг — рана тяжелейшая, почти лишившая его всего. Будь я на его месте, разве я захотел бы сотрудничать с врагом?»
Выбор сражаться не на жизнь, а на смерть выглядел бы куда более естественным!
«Реакция Ан Сяо в корне неверна!»
Это не было похоже на поведение человека, чей Путь Дао прерван навсегда.
Достаточно вспомнить Истинного Человека Цюй Се, чей путь был действительно отрезан навсегда. В сравнении с ним поведение Ан Сяо выглядело в высшей степени странным.
Это выглядело так, словно...
«Неужели у него есть запасной план за пределами Подземного Царства?»