Желание усмирить Тайное царство Шаманов и Призраков!
Тайное царство Шаманов и Призраков, главный алтарь Учения Постижения Тьмы.
В отличие от прочих земель Тайного царства, здесь, у главного алтаря Учения Постижения Тьмы, различные призрачные посланники очищали территорию от бродячих духов, и со временем здесь вырос целый город.
Имя ему было — «Город безвинно умерших».
В самом сердце величественного города в небо вонзалась исполинская Божественная статуя.
Почти восемьдесят процентов населения Тайного царства было сосредоточено в этом Городе безвинно умерших. Каждую секунду их взору открывалась эта пронзающая облака Божественная статуя.
Лик её в точности повторял черты патриарха Учения Постижения Тьмы. У подножия статуи раскинулся великолепный, сияющий золотом дворец — место затворничества восьми старейшин. В Учении Постижения Тьмы не было главы, почитался лишь патриарх, и потому все дела решались совместным советом восьми старейшин.
В обычное время лишь один из восьми старейшин нёс дежурство, остальные семеро пребывали в глубоком сне.
Ведь система Учения Постижения Тьмы строилась на «кормлении призраков собственным телом», что крайне сокращало жизнь. Если не использовать подобный метод продления долголетия, всего через несколько лет культиватор пал бы жертвой отдачи Шаманов и Призраков.
Однако в этот миг сразу шестеро старейшин вошли в состояние пробуждения.
Первый старейшина, Белый Непостоянный, восседал на почетном месте. Облик его был на удивление молодым: высокий и худощавый, облаченный в белые одежды, он неизменно сохранял на лице леденящую душу улыбку.
— Божественная статуя патриарха разрушена. Это дело нешуточное.
— Перед тем как статуя пала, пришел указ патриарха: мы должны любой ценой найти того, кто это сделал. Именно поэтому я пробудил вас всех, младшие братья.
Сказав это, Белый Непостоянный взглянул на два пустующих места и нахмурился:
— Где младшие братья, Гражданский и Военный судьи?
Крепкий муж в тяжелых доспехах, на чьем наплечнике скалилась бычья голова, поднялся и произнес: — Они только что вернулись на свои места, для пробуждения нужно время.
Белый Непостоянный кивнул: — Хорошо, дело не к спеху.
Не успел он закончить, как встал другой даос в черном. Свирепый ликом, грузный и широкоплечий, он прохрипел: — К чему ждать их пробуждения?
— Согласно канонам нашего учения, хоть во внешнем мире и полно мастеров, истинные сильные мира сего, достигшие уровня патриарха, не осмелятся войти. А те культиваторы, что слабее патриарха, в лучшем случае равны нам. Разве не так было с теми чужаками, назвавшимися «учениками Секты Божественного Воинства», что недавно посмели вторгнуться к главному алтарю?
— Вместо того чтобы томиться в ожидании, нам стоит сделать первый шаг.
— Божества дневного и ночного дозора уже на местах. Они могут надзирать за всем Тайным царством. Как бы этот чужак ни прятался, ему не выскользнуть из наших рук.
— Старший брат говорит истину.
Поддержавшим его был статный юноша с третьим глазом на лбу. Он усмехнулся: — Жалкий адепт Еретического Чаня из внешнего мира... разве он нам соперник?
Восемь старейшин Учения Постижения Тьмы, возможно, имели свои имена до возведения в сан, но после принимали титулы в честь призраков в красном, которыми повелевали: Черный и Белый Непостоянные, Гражданский и Военный судьи, Быкоголовый и Лошадиная Морда, Божества дневного и ночного дозора. И каждый владел своими чудесными методами.
Заговоривший трехглазый юноша был Божеством дневного дозора.
Как и следовало из имени, его личным призраком был третий глаз в межбровье: золотой, подобный великому солнцу. Стоило ему открыться, как он видел всё явное в Тайном царстве.
Другой же, Божество ночного дозора, был его полной противоположностью: он зрел всё сокрытое.
Когда они действовали сообща, всё происходящее в Тайном царстве Шаманов и Призраков становилось для Учения Постижения Тьмы ясным, как узоры на ладони. Как бы ни был искусен враг, ему не укрыться от их Глаза дхармы.
Очевидно, восемь старейшин негласно разделились на две фракции.
Белый Непостоянный, Быкоголовый и Лошадиная Морда ратовали за осторожность, желая дождаться сбора всех восьмерых, прежде чем искать разрушителя Божественной статуи патриарха.
Черный Непостоянный и Божества дозора были полны уверенности, считая, что люди извне не представляют угрозы и они справятся сами.
— Младший брат слишком опрометчив.
Первый старейшина Белый Непостоянный покачал головой, не теряя улыбки: — Дело не только в разрушенной статуе и уязвленной гордости нашего учения.
— Тот, кто сокрушил изваяние, — ключ к великому замыслу нашей школы.
— Вы все знаете: это место, хоть и благодатно, в конечном счете лишь клетка. Если мы хотим жить дольше и достичь высших пределов, мы обязаны уйти.
— О?
В глазах Черного Непостоянного мелькнул блеск, но он с сомнением произнес: — Старший брат хочет сказать, что этот человек поможет нам покинуть это место? Невозможно. Кто способен сокрушить Небесный Меч?
При этих словах лица остальных старейшин исказились от страха. Так называемый «Небесный Меч» — та самая энергия меча Золотого Ядра, что тысячу лет висела над Тайным царством, — давно стал вечным кошмаром для всех его обитателей.
— Мы не можем, но это не значит, что во внешнем мире нет того, кто способен на это.
Белый Непостоянный тихо рассмеялся: — Патриарх давно всё спланировал. Если мы сумеем схватить этого человека, то сможем использовать его силу, чтобы сокрушить этот проклятый Небесный Меч.
Слова Белого Непостоянного звучали твердо и уверенно.
И хотя Черный Непостоянный и остальные всё еще сомневались, раз это был план патриарха, они не стали упорствовать.
В этот миг в зале вновь проявились две энергии.
На пустующих местах возникли призрачные фигуры: один с кистью и книгой в руках, другой с высоко поднятым светлым зеркалом. Это были двое последних старейшин.
— Гражданский и Военный судьи пробудились!
Белый Непостоянный расхохотался: — Отлично! Божества дневного и ночного дозора, прошу, действуйте. Как только цель будет обнаружена, Быкоголовый и Лошадиная Морда помогут нам мгновенно настигнуть её.
Божества дозора кивнули и одновременно распахнули свои Глаза дхармы.
Однако в следующее мгновение они застыли в оцепенении.
— Младшие братья? — Белый Непостоянный нахмурился. — Неужели тот, кто разрушил статую, так искусен в скрытности, что вы не видите его следов?
— Нет...
На лицах Божеств дозора отразилось невероятное потрясение, и лишь затем они неуверенно произнесли: — Он вовсе не прячется... Он прямо у ворот Города безвинно умерших!
У стен Города безвинно умерших стоял Лю Ян, сжимая в руке Знамя Мириада Духов.
Как можно позволить чужаку спать под боком? Раз уж он решил сделать Тайное царство Шаманов и Призраков своим оплотом, Лю Ян не мог мириться с существованием Учения Постижения Тьмы.
К тому же, он хотел лично встретиться со Старейшиной пути Шаманов и Призраков, стоящим за этим учением.
— Сперва поприветствуем их.
Лю Ян сосредоточился, и за его затылком вспыхнул нимб чистого света, прозрачный, как зеркало. Используя статус Вора-Мудреца, он окинул город взором с высоты.
Почти мгновенно все культиваторы Учения Постижения Тьмы почувствовали неладное.
Никто не понимал, что происходит, но их внутренние призраки внезапно взбунтовались, испуская невыразимые, душераздирающие вопли.
В следующую секунду —
— Великий Закон Захвата Формы Сокровенной Инь.
Лю Ян взмахнул пальцами, словно клинком. Сияющий нимб, в котором отражался весь город, беззвучно разлетелся вдребезги, и ужасающая сила проклятия хлынула волной.
Хруст! Хруст! Хруст!
Без всякого предупреждения: простые смертные в Городе безвинно умерших ничего не ощутили, но культиваторы внезапно исказились в ужасе, хватаясь за свои шеи.
На их горлах проступила тонкая алая нить.
А затем кровь хлынула фонтаном.
«Бам!»
Звук тысяч падающих голов слился в единый сокрушительный гул, который мгновенно пронесся по всему городу!
В один миг бесчисленные призраки, лишившись оков своих хозяев, взмыли в небо. Словно ведомые неведомой силой, они роем устремились к Лю Яну за стенами города. Тот развернул Знамя Мириада Духов, и оно, подобно киту, заглатывающему океан, стало поглощать их. Меньше чем за четверть часа знамя вобрало в себя сотни и тысячи духов!
— Дерзкий безумец!!!
Только тогда из центра города в небо с грохотом взметнулись восемь кроваво-красных лучей побега. Старейшины Учения Постижения Тьмы были вне себя от ярости.
Им было плевать на гибель почти всех адептов.
Но то, как Лю Ян поглощал призраков, привело их в бешенство. Каждый дух был жизненно важен для учения — Лю Ян буквально вырывал их корни!
Белый Непостоянный выступил вперед: — Так это ты тот вор, что посмел разрушить статую нашего патриарха?
Лю Ян проигнорировал вопрос, лишь огляделся, словно что-то выискивая, а затем уставился на исполинскую статую в центре города.
— Так вот ты где.
В следующее мгновение фигура Лю Яна исчезла.
— Что?!
Восемь старейшин изменились в лице. Они инстинктивно оглянулись и увидели Лю Яна, спокойно восседающего на самой макушке Божественной статуи.
Он опустил взор, глядя прямо сквозь камень статуи, и небрежно улыбнулся:
— Я пришел на зов. Где же вы, почтенный?